Японская война 1904. Книга 6

Татьяна кивнула, не сомневаясь, что тот почувствует, а потом с улыбкой вышла из зала. Она еще не знала, что будет дальше, но одно было точно: ничего она не сломала. Вячеслав Григорьевич остался тем же, кого она полюбила, и это было прекрасно. А когда Макаров вышел и попросил ее заодно проследить за новейшей операцией, которую доктора Слащев и Бурденко будут проводить для какого-то французского генерала, и вовсе выдохнула.

— Как вас зовут? — мужчина с одутловатым красным лицом скучающе изучал протянутые ему документы.

— Вацлав Короленко, — длинный и тощий, похожий на спичку молодой человек встревоженно засопел.

— Поляк? — уточнил краснолицый.

— Родился в деревне Рембертув рядом с Варшавой.

— Почему уехали из оккупированной Маньчжурии? — краснолицый неожиданно пронзительно уставился на своего собеседника.

— Как вы правильно сказали, я — поляк. А русские стараются двигать в чинах прежде всего своих. Я провел больше тысячи операций за эти полгода. И что, я до сих пор простой фельдшер!

— Вы сделали правильный выбор.

В отличие от России, Британия ценит хороших специалистов.

Допрос, лишь немного замаскированный под вежливый разговор, занял почти час, но в итоге Вацлав, он же доктор Илья Генрихович Короленко, он же один из двенадцати новых агентов 2-й Сибирской армии, все же получил свое назначение. И после всего, что он сделал для достижения цели, это даже не казалось чем-то невероятным.

Когда ему поставили задачу собрать информацию о новых английских мастерских в Вэйхайвэе, бывший фельдшер, несмотря на все обучение, думал, что ему выдадут денег и хотя бы довезут до британской колонии на другом конце Желтого моря, но нет… Поручик Огинский объяснил, что тогда в случае возникновения интереса его след будет слишком легко найти.

Поэтому Вацлаву — он даже мысленно теперь старался называть себя новым именем — пришлось вести свою игру с самого начала.

Уволиться из армии, наняться на «Корейского мула», бывший японский транспорт «Кага-мару», и на нем вместе с новыми поставками техники доплыть до Тяньцзиня, порта Пекина.

Благо о врачах в свете их огромной пользы во время Японской войны говорили много, и от настоящего специалиста за относительно скромное вознаграждение никто не стал отказываться. Тем более капитан даже заработал, когда потом уступил Короленко на французский корабль.

Там Вацлав подписал контракт на год, пообещав научить постоянного доктора новым приемам и наукам, но уже через неделю сошел в Вэйхайвэе и не вернулся.