Японская война 1904. Книга вторая

— А как вы додумались до этого? Взять одну провинцию, чтобы силой и примером вдохновить подняться все остальные? Просто обычно наши лидеры говорят про борьбу, которой не видно конца. А у вас — настоящий план, где каждому просто нужно хорошо сделать свое дело. Просто и понятно.

Цэ мог бы сказать, что это не его собственные идеи. Про это часто любил рассуждать его тот самый исчезнувший с деньгами друг, но… Раз того больше нет, зачем мудрости пропадать зря?

— Сон приснился, — коротко ответил Цэ, потому как всем известно, что краткие мысли — это признак возвышенной души.

Хэ быстро закивал, а потом разом замер, всматриваясь в сторону железной дороги.

— Ждем, — шепотом приказал командир и выхватил старый немецкий бинокль, чтобы заранее рассмотреть, что именно им попалось.

Вообще, нападать на железные дороги русских — не самая безопасная идея. Тут довольно много патрулей, да и сами составы совсем не беззащитны. Вот только у Цэ, как он себе постоянно напоминал, не было выбора, да и они готовились.

Собирали для «друга» информацию о маршрутах патрулей, записывали знаки с паровозов, которые возят те или иные грузы…

Цэ Цан-тай неожиданно задумался, как, даже пропав, бывший благодетель помогает их группе. Ведь именно благодаря уже собранной информации Цэ сейчас знает, что рядом никого нет, а их, судя по поезду, ждет добыча. Нет, это был старый паровоз, который обычно использовали для перевозки пехоты, а не тяжелых грузов. Не очень многообещающе, но… Этот паровоз тянул только три вагона! А если русские решили перебросить что-то столь срочно, что не стали собирать обычный длинный состав, то подобный груз точно стоил того, чтобы его захватить.

— Берем! — решил Цэ.

— Военный поезд, там могут быть солдаты, — осторожно заметил Хэ Лонг.

— Нас почти шестьсот человек, ничего они нам не сделают! — усмехнулся во весь голос Цэ, чтобы все люди вокруг увидели его решимость.

А когда поезд заехал в долину под ними, где из-за крутого поворота ему пришлось сбросить скорость, Цэ тем же голосом приказал идти в атаку.

Сорок человек на лошадях, и этот отряд, который первым врежется в чужие ряды, вел он лично. Остальные пешком — набегают следом. Внутри Цэ дрожал от волнения, но он все верно рассчитал. Во всадника попасть сложнее, а когда русские выведут наружу охрану поезда, ему придется продержаться против нее до подхода второй волны меньше минуты. Почти никакого риска, а… Слава лидера, воина, вождя была нужна ему, чтобы двигаться дальше.