Ярость дьявола

Одна из самых дорогих мне вещей – старинная книга по истории нашего рода, десятков поколений. И учит эта история тому, что клан Кэйси, как ты и сама могла убедиться, наблюдая за нами, непостижим. Тем более, для тебя. Мы выжили в течение многих веков, потому что всегда верны клану. Так что если тебе правда нужен ответ на этот глупый вопрос, то да, я преданна ей, пусть даже это может погубить меня.

Этот укор, тихий и суровый, по непонятной ей самой причине задел Шелби. Многое встало на свои места для нее, она поняла, что связывало Кейн и Эмму.

Роль Барни Кайла в ее жизни не имела значения. Эмма больше никогда не предала бы Кейн, потому что основой их отношений была преданность.

– Интересно, как это – принадлежать таким образом…

– Ты что-то сказала? – обернулась к ней Клэр.

– Ничего, ничего, – Шелби заняла свой наблюдательный пост, у лестницы на другой этаж, возле декоративного заграждения. Она с удивлением обнаружила, что наблюдала не за Кейн, а за ее сестрой, которая к ним присоединилась.

– Как думаешь, стоит достать приглашение на эту ночь?

– Стоит попробовать.

Мне что-то подсказывает, что жарко будет только, если мы там появимся.

– Сынок, прошу тебя, приглядывай за сестричкой. Она, конечно, ангел, но, сам знаешь, порой бывает сущим чертенком. Это она от мамы Кейн унаследовала. За ней тоже невозможно уследить.

В трубке послышался прелестный смех, пощекотавший Эмме ухо.

– Когда вы нас заберете? Тут, конечно, здорово, но мне очень не хватает вас, – проговорил Хэйден.

– Я не знаю, какие у Кейн планы, но думаю, что скоро.

Мы тоже по тебе очень скучаем, – это было правдой. За те три недели, что они провели наедине, рассеялись последние сомнения, и Эмма только удивлялась, как окрепла их связь. – Все ведь в порядке, Хэйден?

– Да, мамуля, все отлично. Перестань волноваться. Просто я не хочу, чтобы вы о нас забыли.

Еще пару месяцев назад Эмма расплакалась бы после этой фразы, но сейчас слышала в голосе сына озорство.

– Кэйси, как известно, непредсказуемые. Но «забывчивые» – это точно не про них, – отозвалась она.

 – Будь умницей, и до скорого. Я тебя люблю, мальчик мой.

– Я тебя тоже, мамуля.

И все же Эмму потрясала глубина вновь установившихся отношений. Едва сдерживая слезы, она передала трубку Кейн, хотя громкая связь оставалась включенной.

– Как у нас там дела, парень?

– Могу поспорить, что доить корову у меня уже получается куда лучше, чем у тебя.

Кейн рассмеялась, услышав это вместо приветствия.

– В этом пари я бы тоже ставила на тебя.