В зеркале заднего вида он заметил при свете луны, что лицо у полицейского залито кровью. Его рот растянулся в злорадной ухмылке.
– Так тебе, получай! Добавки не желаешь?
Мотоцикл опять подлетел к минивэну с водительской стороны. Скрипя зубами, господин Т. вывернул руль вправо…
Он не видел, что прямо перед ним возвышаются мощные бетонные колонны.
Когда они внезапно появились у него перед носом, господин Х. инстинктивно свернул влево, но было уже поздно. Правым передним крылом минивэн врезался в опору эстакады и перевернулся на бок.
Следующие несколько минут длились, казалось, столетие. Первым пришел в сознание господин Х. Минивэн лежал на боку. Господин Х. С трудом расстегнул ремень безопасности, отер с лица кровь и поглядел в огромную зияющую дыру в лобовом стекле. Господина Т.
Вдвоем они стояли на эстакаде; ноги у них подкашивались от боли и избытка адреналина. Люо Цзяхай оглядел участок дороги, озаренный единственной целой фарой минивэна. Повсюду валялись обломки и осколки стекла.
– Не знаю. Мы не можем его бросить, – сказал господин Х., постепенно приходя в себя. – Скорей, надо его отыскать.
Они заходили кругами, вглядываясь в темноту и негромко восклицая:
Ответа не было. Господин Х. перегнулся через край эстакады и посмотрел вниз. Там было слишком темно – он ничего не увидел.
– А не мог… – начал господин Х., указывая на непроницаемую тьму под эстакадой, – не мог он свалиться туда?
И вдруг он почувствовал, как ему в ногу над ботинком вцепились чьи-то руки.
Это был полицейский-мотоциклист.
В ужасе господин Х. задергал ногой, чтобы вырваться из его хватки. Полицейский лежал распростертый на асфальте, весь в крови, и выглядел так, будто вот-вот испустит дух. Тем не менее он не сдавался: пытался подняться, цепляясь за ногу господина Х.
– Вы никуда… никуда не уйдете… пока не отдадите… мне… мой… револьвер…
Господин Х. занес свободную ногу и изо всех сил наступил ею полицейскому на грудь.
