Ящик Скиннера

Удайся он, и я достиг бы величайшего успеха, а весь научный мир завидовал бы мне. Скиннер доказал, как положительное подкрепление формирует хорошее поведение, а я собирался доказать, как эффективное наказание формирует мысли и поступки человека. Но ровно два года спустя произошло непредвиденное…

– Что именно? – воскликнул Фан Му.

Учитель Чжоу испустил долгий вздох и оперся затылком о спинку кровати.

– Я читал отчет интерна, который наблюдал за одним из подопытных, и понял, что у того развилась крайне странная эмоциональная реакция, гораздо более глубокая, чем я мог предположить.

За этого подопытного отвечал мой ассистент, и я обратился к нему с вопросом. Сначала он не хотел отвечать, но я настаивал, и он признался, что с одним из волонтеров возникла проблема – он вышел за рамки эксперимента и изнасиловал девушку…

– Шен Сянь? – ахнул Фан Му.

– Да. – Слеза скатилась по бледной щеке учителя Чжоу. – Новость потрясла меня до глубины души. Весь день я просидел у себя в кабинете. Я начал сомневаться, что мои изыскания являлись подлинным научным экспериментом, и впервые задумался о том, чтобы закрыть проект.

Но то, что случилось дальше, перевернуло всю мою жизнь.

Учитель Чжоу, прислонясь к изголовью кровати, заплакал, содрогаясь всем телом. Фан Му смотрел на плачущего старика и не мог понять, что чувствует к нему – сострадание или гнев.

Постепенно рыдания затихли. Учитель Чжоу вытер глаза рукавом и сказал дрожащим голосом:

– Один из детей, наших подопытных, не справился со страхом, который мы в нем поселили, и покончил с собой.

Его звали Вейвей.

– Что? – Фан Му вскочил на ноги. – Сын сестры Чжао?

– Да, – ответил учитель Чжоу. В его глазах Фан Му почудилась мольба: старик словно просил ударить его, избить до полусмерти. – После того как Вейвей погиб, я решил полностью прекратить эксперимент. Я уничтожил все свои материалы, включая научные публикации, на которые положил кучу труда. Потом уволился с поста директора, считая, что не заслуживаю признания как психолог.

Сменил имя и полностью отстранился от того круга, в котором вращался раньше. Купил участок земли и основал приют. Потом привез сюда сестру Чжао, которая была на грани нервного срыва. Я причинил непоправимый вред множеству детей и теперь хотел позаботиться о других, брошенных и настрадавшихся. Мне казалось, что, помогая им, я смогу искупить грехи своей юности.

Учитель Чжоу без сил привалился к стене, словно этот рассказ выпил из него остатки энергии.