Яжмаг

Боюсь даже представить, что могло бы случиться, завизжи она ещё раз, но уже, к примеру, в машине.

Крышу бы снесло запросто! И не только у самой тачки.

Мы вышли на Банковой, напротив той же свежеокрашенной арки. Нонна опять огорчилась, потому что никто из «Свидетелей Иеговы» её не встречал с цветами, никто не ждал в засаде, подавая тайные знаки, не пытался выследить, куда ведут несчастную пленницу, короче, сплошь тишина и покой. Это, конечно, тоже весьма условные понятия и всегда несут в себе некий оттенок кладбищенских ароматов, но, как по мне, всё равно лучше, чем мятежное блоковское «И вечный бой, покой нам только снится…».

Кстати, никогда не понимал, почему тот же Фамильяр, имея прекрасные возможности для изучения бессмертных строк Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Северянина и Бродского, абсолютно глух к высокой поэзии, так примитивно рифмуя, что аж волосы на спине дыбом и мороз по коже? Вроде бы задуматься, ведь ты в Санкт-Петербурге, городе устоявшихся литературных традиций, подражай великим, и всё! Но нет, этот упёртый котодром для блох встретил нас очередной филиппикой:

– Хозяин вернул деву в странном обличье.

И как называть его словом приличным? Он мог утопить это чудо в Фонтанке, в Музей артиллерии сунуть под танки, отдать на съедение львам в Зоосаде, но в дом-то тащить, какой милости ради?!

– Ярослав, я всё слышала. – Нонна обернулась ко мне, притопнув ножкой.

– Прошу прощения, что именно?

– Ваш кот разговаривает!

– И более того, кажется, он меня не любит!

– А должен? – Я в задумчивости выдернул волосок из носа.

Боль всегда отрезвляет, помогая резко переключить мысли и бросить все силы на решение новой проблемы. – Коты не упоминаются в Библии. Не странно ли? Ведь первые христиане не могли не знать о существовании кошек, в те времена маленькие мурлыки из Египта пешком ходили в Иудею. Не напомните, что говорит по этому поводу Иегова?

Наша гостья решительно распахнула клювик, намереваясь отбрить нас цитатами из Священного Писания, но так и замерла, подняв очи к потолку.

Похоже, секта крайне дозировала любые знания, передаваемые адептам. Фамильяр фыркнул в распущенные усы и прошествовал на кухню, независимо задрав хвост. Нонна почему-то на него жутко обиделась, попросив у меня разрешения пройти в ванную, проверить, просушилась ли её одежда, потому что ей пора.

Всё давно было выстирано, высушено, выглажено и аккуратно висело на плечиках, только не в ванной комнате, а в платяном шкафу в моей спальне.