Яжмаг

Да что там, вряд ли она вообще реально оценивала происходящее, и те два идиота с крыши никак не смогли бы до неё докричаться. Они старались, видно же, но увы…

Естественно, никакая Чёрная карета везти нас обратно не собиралась. Мне пришлось через Яндекс вызывать такси. Ни о какой бельгийской брассерии с вишенками, колбасками и пивом тоже речи не было, слишком уж много впечатлений коротнуло за сегодня. Так что валим домой, только домой!

Машину подали на удивление быстро, пока ехали, я почему-то невольно задумался о судьбе современного русского казачества во всех его проявлениях, где-то героических, где-то совершенно нелепых.

Например, об этих вот только что встреченных нами героях в фуражках набекрень и штанах с лампаса́ми. Никто ведь не отрицает, что как таковое «родовое питерское казачество» – это исторический нонсенс. Да, знаменитый Собственный Его Императорского Величества Конвой русского батюшки-царя осуществляли самые разные иррегулярные войска. Казаки – донцы, черноморцы, терцы, кубанцы, астраханцы и прочие.

Также в нём служили и иноверцы – крымские татары, черкесы, кабардинцы, осетины, лезгины и другие. Но никто из них не жил здесь до строительства города!

Не казаки и не лезгины строили эти арки, мосты и дома. Тот же вихрь-атаман Платов, знаменитый герой многих войн, человек-легенда, вроде как говорил: «В столицах, конечно, есть всяческие модные ресторации, ассамблеи, балы и все прочие роскошества. Которые нам, казакам, по совести, и не нужны вовсе!»

Станичные атаманы отбирали в Конвой лучших наездников, повсеместно отмеченных храбростью, но и эти лучшие служили не более четырёх лет, дабы не расслабиться и не облениться.

Так с какого красного лампаса в синих кружевах в современном Санкт-Петербурге вдруг образовалось «исконное» казачье войско?! Вопрос интересный…

– Знаете, – совершенно не заметив собственного перехода на мысли вслух, продолжил я, – один мой знакомый, Лев Оболенский из Москвы, как-то объяснял, почему не имеющие никаких казачьих корней простые русские люди почти по всей стране упрямо надевают казачью форму.

Таким образом они надеются обрести и свою русскую идентичность, как надёжную опору в вечно меняющемся мире. По принципу: раз как-то устояли казаки, то, возможно, удастся и нам.

– Человек должен идти к вере, – упрямо надула губки моя терпеливая собеседница. – Иегова примет всех, надо только распахнуть ему своё сердце и…

– Кошелёк, – ляпнул я, впрочем тут же повинившись: – Извините, не хотел никого обидеть.