Как заявил нам следователь по особо важным делам Николай Модянов, принявший дело к производству, основных версий две: первая – криминальные разборки, борьба за передел сфер влияния; вторая – нападение совершила банда наркоманов, искавшая в санатории смертоносное зелье...
Костя сделал звук потише.
– Ма, это здесь ты работаешь? – вдруг спросил Максимка, кивая на экран.
– Да, малыш, – рассеянно ответила я.
– Как хорошо, что вчера тебя там не было! – воскликнул мой сынок.
– Еще бы, – пробормотала я.
Мои мысли были заняты другим.
Константин наклонился ко мне и прошептал:
– Версии о том, что нападение – месть за смерть пациента, не прозвучало...
– Хватит вам шептаться! – с нетерпеливым неудовольствием перебил нас сынок. – Мы гулять идем?
Эпилог
Лиля
Прошла неделя.
Нападение на санаторий по горячим следам раскрыть не удалось.
Тело седого карлика родственники забрали хоронить в Москву. С ними же уехала и его дочка Анжела. Убитого палача, Игоря Воробьева, похоронили на нашем кирсановском кладбище.
Старцев – как и предсказывал Костя – исчез.
В санатории появились хозяева – какие-то фирмачи из Москвы. Они представили коллективу нового директора. Впрочем, меня это уже не касалось. И моей подруги Машки тоже. Мы из санатория уволились.
Машка вернулась на свою прежнюю работу и уже снова клянет ее на чем свет стоит. Зато у нее (тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить) налаживается личная жизнь. Она встречается с амбалом Кириллом, у которого, несмотря на гору мышц и крохотную голову, оказалось нежное сердце.
Кирюха тоже больше не работает в санатории, но без труда устроился в единственное в нашем городке охранное агентство.
Константин позаботился о том, чтобы отставнику Рычкову в нашей райбольнице организовали хорошее лечение и уход.
Я навестила своего воздыхателя в стационаре. Он, конечно, сдал, но держался молодцом. Мы с ним даже погуляли немного по больничному парку, и он вел меня под руку. Больше всего Петра Архиповича волновало: когда врачи разрешат ему смотреть футбол.
"
"Моя мама, пережившая похищение, а затем счастливое возвращение внука, стала настолько трепетно к нему относиться, что не отходит от него ни на шаг. Максимка чувствует повышенное внимание к собственной персоне и начинает потихоньку наглеть. Придется мне, когда я вернусь (или, может быть, заберу его из Кирсановки), срочно заняться его воспитанием.
Что касается меня – мы с Костей действительно поехали в Москву...
...Мы несемся по трассе на его иномарке.
