Окна открыты, и теплый воздух треплет наши волосы. Костя улыбается, шутит, иногда его правая рука гладит мне бедро и колени. Я кричу ему: «Крепче за баранку держись, шофер!» – а Костя говорит, что не может от меня оторваться и предлагает съехать с трассы на проселок, прямо в лес... Недолго думая, мы так и поступаем. Потом снова садимся в машину и мчимся вперед...
Правда, когда Костя утверждал, что приглашает меня в столицу без всякой задней мысли, он опять врал.
На самом деле это не просто поездка двух любовников.
Константин признался, что моей персоной заинтересовались в той самой таинственной организации, на которую он работает. Поэтому я еду на собеседование. Мой любимый считает, что с моим характером и с теми навыками, которые мне когда-то дал Юрик, а потом я оттачивала самостоятельно, у меня неплохие шансы.
Так что вполне может быть, что я стану работать в столице.
А что касается наших отношений...
Костя не скрывает, что ему хорошо со мной, что я ему желанна.
Однако (я же вижу!) он охотно поглядывает и на других симпатичных женщин.
И познакомиться со своими родителями пока не предлагал. Так что нашла ли свою вторую половинку – я до сих пор не знаю.
Бэла
Я честно прожила в «Ариадне» до окончания путевки, похудела еще на четыре килограмма, и вся одежда на мне – ох, до чего же приятно! – теперь болталась. Лицо тоже утратило прежнюю пухлявость, но больше всего я гордилась руками – прежде то были кувалды в духе кустодиевских девиц, а сейчас, спасибо регулярным занятиям с гантелями, – их украшают не жир, но мышцы.
Бэлочка, в кого ты превратилась! – завидев меня на пороге, ахнула мама.
– А что не так? – растерялась я.
Вообще-то я надеялась, что похвалят – все-таки минус десять кило, и новая стрижка, сделанная перед свиданием с Костей, мне идет, и отсутствие пухлых, румяных щечек, по-моему, тоже.
Но у нас в семье в почете исключительно кустодиевские дамы – поэтому вместо комплиментов моему преображению мама с бабулей весь вечер причитали по поводу худобы и бледности их кровиночки.
– Да и взгляд у тебя стал какой-то затравленный, – ворчала бабушка.
А мама пытливо вгляделась в мое лицо:
– Ты, Бэлка, того... не беременна?
Тут я совсем рассердилась. Отодвинула недопитый чай, хмуро посмотрела на квохчущих родственниц:
– Ерунду какую-то говорите!
И не удержалась от подколки:
– Это только вы из отпусков младенцев привозили... А я человек современный. Меры принимаю.
