Идеальна для меня

— Тогда…

Конрад застыл на полуслове, уставившись в стену, в глазах его отразился дикий ужас. Словно он думал о чем-то самом пугающем в его жизни. Очнувшись от секундного наваждения, он тут же отвернулся, скрывая его от меня. Только вот что именно вызвало его? Моя возможная смерть или дочь-убийца? «Оба варианта не приносят радости!» — голос Конрада возник у меня в голове, интерпретируя по-новому его вечернюю фразу."

"— Но я ведь жива… А значит Сабина не сделала ничего, чего нельзя было бы изменить… — ободряюще протянула я, но Конрад и слова не проронил.

Он будто поставил себе за цель вытурить меня прочь, хотел остаться наедине. Но я-то знала, что порой подобные желания совершенно неправильные и не несут ничего, кроме душевных мук. — К тому же, девочке всего семь… Она не могла знать, как именно повлияет на меня клубника. Сабина умная, но не всезнающая. Это обычная шалость, вышедшая из-под контроля, Конрад. Ничего более.

Еще до потери сознания вспомнила наш первый разговор о возможном аллергене — в библиотеке, на втором этаже пентхауса.

Сабина и Артур якобы спали, в чем сейчас я очень сомневалась. Но была готова поверить, дескать, девочка просто хотела вызвать у меня прыщи или высыпание с чесоткой. Но совершенно точно не смерть.

— Возвращайся, — снова проговорил Конрад, вырывая меня из тревожных мыслей обратно в суровую реальность. Я отряхнулась, промокнув свободной рукой капли пота на лбу, и двинулась с места. Только не в свою постель, а совершенно в другую. Ту, что была ближе, и в ту, где я чувствовала молчаливый призыв о помощи.

Ту постель, где я действительно была сейчас нужна.

Конрад заметил мое приближение, когда я уже оказалась в двух шагах. Он повернулся ко мне со сведенными на переносице бровями и спутанно прошептал:

— Что ты делаешь?

Мне было тяжело стоять на месте, слабость в теле граничила с дикой сонливостью. Так что, вяло пожав плечами, я не стала размениваться на сантименты и спокойно присела рядом с Конрадом, заглядывая в серые глаза.

Сейчас они казались светлее, чем обычно. Видимо, вблизи свет падал иначе, как-то по-особенному.

— Возвращаюсь в постель, как ты и просил, — оставив капельницу в стороне, я осторожно пристроилась рядом с Шульцем. И хоть постель выглядела слишком огромной для одного человека, для двоих места явно не хватало. Пришлось положить голову мужчине на плечо и устроить руку с катетером на его голом животе. Только в тот момент я поняла, как сильно он напрягся. Ощетинился.