Идеальна для меня

— Эм… — естественно, в идеальной вселенной мы должны были вообще не контактировать и встречаться только на работе, но… Дьявол, как я могла отказать ему теперь? Я говорила твердое и уверенное «нет», но почему-то вслух вышло совсем другое: — Да-а-а?.."

"— Отлично, — хмыкнул Конрад, а затем не глядя нажал кнопку блокировки дверей, и лифт остановился где-то на уровне десятого этажа. Не прошло и секунды, как мужчина накинулся на меня, словно одичавший бешеный зверь, голодный и жадный. Подняв над землей, Конрад усадил меня на поручен и, уверенно вклинившись между моих ног, судорожно принялся снимать брюки.

— Камеры видеонаблюдения! — ахнула я, когда Конрад, наконец, оторвался от моих губ, позволяя отдышаться.

— Я знал, что такой вариант развития событий возможен, — удивил меня мужчина, но не успела я высказать свое возмущение, как он вошел в меня на полную длину, впечатывая в стеклянную стену позади.

Мои глаза закатились, а сердце принялось вырваться из груди. Все мысли, чувства, эмоции и напряжение собралось в одном конкретном месте. Там, где Конрад Шульц с бешеной скоростью вгонял в меня свой каменный член. С остервенением, отделяя каждый неумолимый удар своим душераздирающим хрипом.

Я таяла в его объятиях, забывая обо всем на свете, но мужчина рядом со мной имел по меньшей мере два мозга. И пока один из них осматривал меня похотливым взглядом, содрогаясь в предоргазменных судорогах, другой позаботился о салфетках, в которые мужчина кончил, чтобы не запачкать мою и его одежду.

— Полегчало? — прошептала ему на ухо, не в силах прийти в себя после головокружительной лавины, свалившейся на голову, словно увесистая сковородка. Я обмякла на Конраде, обняв его ногами и руками, позабыв про время, а он нежно перебирал мои волосы своими пальцами, якобы незаметно вдыхая запах моей кожи. Но я все чувствовала. Так остро, что сводило легкие.

— Совершенно нет, — без капли сарказма выпалил он. И, как бы сильно ни хотелось мне пошутить в ответ, я была вынуждена признать, что была также голодна.

— И что же нам делать? — хмыкнула я, еще крепче прижимая к себе Конрада, будто он собирался сбежать. Это было глупо с моей стороны, но ничего не могла с собой поделать.

— Жить вместе, детка, — постановил, будто это нечто само собой разумеющееся. Как то, что небо голубое, а трава — зеленая. — И пожениться.