Как за одну минуту из состояния невообразимой злости можно рухнуть в возбуждающую агонию?!
Останавливаю мысленно свои порывы, но понимаю, что сдерживаться рядом с ним не могу, не хочу. Спать с ним в одной постели ещё три ночи, не прикасаясь – это пытка чистой воды.
Его невозможно не хотеть.
– Осман, наш договор… – Последняя попытка уговорить его, и в первую очередь себя.
– Я разрываю договор.
Идёт ко мне, словно хищник, готовый к прыжку, гипнотизируя чёрным взглядом.
– В одностороннем порядке.
Притягивает за шею резким движением к себе, жёстко собирая в кулак волосы на затылке, накрывая мои губы голодным поцелуем, жадно погружаясь, не давая вздохнуть и возмутиться.
Мои руки скользят по его телу, не пропуская ни сантиметра, жадно исследуя и слегка царапая ноготками.
– Готов возместить все издержки.
Тут же мой сарафанчик летит на пол, туда же лиф. Соски под его пальцами мгновенно становятся твёрдыми и острыми.
– Исключительно натурой.
Гладит пальцами по чувствительному местечку через тонкую кружевную ткань трусиков, мягко поглаживая, призывно возбуждая.
Становлюсь мокрой в секунду, и, кажется, даже температура зашкаливает. Загораюсь, словно спичка, лишь от одних прикосновений.
Не могу сдерживаться. Не могу с ним бороться. Хочу его чувствовать. Желаю повторения удовольствия сногсшибательного оргазма и сладкой дрожи во всём теле.
К чёрту всё… Хочу Османа.
Мужские пальцы, скользнув в трусики, тут же гладят клитор, надавливая, водя по спирали, накручивая мою чувствительность резко до горячего предела.
Стону в его рот, не разрывая поцелуй.
– Это запрещённый приём… – на миг прерываюсь, чтобы промычать претензию.
– Зато невероятно действенный, Куколка. Заводишься с пол-оборота, ты уже готовая. Для меня."
"Кладу руку на его член, обхватывая пальцами, провожу рукой до основания и обратно, слегка надавливая, наращивая темп, представляя, что он уже во мне, вколачивается ритмичными движениями, и от этой мысли накатывает ещё более сильное возбуждение.
Обводит языком соски, втягивая в рот, посасывая, зализывая. Покусывает твёрдые вершинки, оттягивает и резко отпускает, отчего дрожь пронзает всё тело насквозь и ноги подкашиваются.
Движения пальцев Османа становятся ритмичными и быстрыми. Он опускается на колени, стягивая с меня трусики и закидывая мою ногу себе на плечо.
Чувствую влажный язык, тут же припадающий к текущему центру, скользящий по складочкам, проникающий в лоно настойчивыми движениями.
