То есть наши отношения реальны.
– Надеюсь, проверять это никто не будет? Ночью не ворвутся? Или утром? Под балконом слушать не будут?
– Балкон. – Осман оглядывается, берёт меня за руку и заводит в ванную комнату, довольно просторную и широкую. – Вот тут можно говорить. Я понимаю, что всё… не совсем так, как мы договаривались, но подыграй мне, всего два дня.
– Нет проблем, – отвечаю уверенно.
– Точно?
– Ты кровать видел? – показываю на дверь. – Это же военный полигон, ни больше, ни меньше. Ползти не переползти, за ночь не доберёшься.
Так что, извини, но мы вряд ли встретимся на этом олимпийском стадионе!"
"– Точно. – Он откровенно смеётся. – Отлично, а то я уже подумал, что у тебя сейчас истерика начнётся, такое лицо было. А теперь на выход, мадам, я в душ и на никях к брату.
– Я с тобой?
– Нет. Это в мечети, свидетели мужчины, делов-то минут пятнадцать, не больше. Всё быстро. Если бы я не успел, дед бы взял Ахмеда, но так как я уже здесь, присутствовать буду я.
Надо разобрать вещи. Гардеробная шикарна, и отпариватель имеется.
Выкладываю свой чемодан, развешивая вещи, надо приготовить на всякий случай.
– Достань из чемодана брюки и чёрную рубашку, – крик сквозь звук воды.
Открываю и прямо сверху наблюдаю красную бархатную квадратную коробочку. Любопытство берёт верх, открываю: тонкое бриллиантовое колье, браслет и серьги в одном стиле. Невероятно красивое, искусная работа. Быстро захлопываю и кладу вниз под вещи, делая вид, что ничегошеньки не видела. Интересно, для кого это?
Брюки не помялись совершенно, а рубашка смята, будто на ней пятой точкой елозили.
Отпариваю быстро, ему уже пора. Поднимаю голову и замираю с рубашкой, висящей на ладони.
Мама! Обалдеть!
Передо мной стоит Осман в одном набедренном полотенце. Голый торс притягивает взгляд независимо от моего желания, я просто не могу не смотреть!
Идеальное, потрясающее тело: косые мышцы на животе и чётко очерченные кубики пресса, рельефные мышцы груди и шеи. Медленно веду взглядом от пупка вверх, не пропуская ни сантиметра, пока не встречаюсь с ним взглядом.
– Варь, ты покраснела, – лукаво улыбается, а я сглатываю, по-моему, очень даже громко. – Ты что, мужчину в полотенце не видела?
– Видела, – протягиваю ему рубашку, – давно, – уже тихо себе под нос.
– Насколько давно? – Чёрт, услышал.
– Тебя эта информация не касается, – отворачиваюсь, разбирая вещи и раскладывая на полках в гардеробной.
– И всё-таки, Варь? – Вот же неугомонный, сказала на свою голову.
