– Я Варвара, ну или Куколка, как посмотреть, – смотрю в упор на моего большого мужчину. – Поздравляю, желаю крепкой и дружной семьи, терпения и понимания, и конечно же, скорейшего пополнения!
– Спасибо за тёплые слова, Варя, – Адиль прикладывает руку к груди, – искренне спасибо! Я всё передам Сабине.
Мужчина наклоняется ко мне близко-близко, практически утыкаясь губами в моё ухо:
– Сделай Османа счастливым, подари ему дочку. Он всегда мечтал. Именно для этого дед поселил вас в одной спальне, – поднимается и смотрит мне в глаза, лукаво подмигивая.
Не знаю, что сказать. Не знаю, что думать. Дочку? Мечтал? Медленно перевожу взгляд на Османа.
А я здесь при чём, простите?
Адиль ничего не знает, считает, у нас всё всерьёз, по-настоящему, мы пара. Но это не так. Всё не так. Чёрт, кажется, я попала.
– Варя, прямо по курсу Камилла. Алое платье, – звучит голос Фи.
Рассматриваю девушку в ярко-алом платье, именно от такого я отказалась вчера в салоне, посчитав его вульгарным для национальной свадьбы.
Камилла невероятно красива! Я бы сказала – вау! А если бы я была мужчиной, уже закапала бы слюной собственные коленки и ползла бы, как щеночек, за ней по пятам.
Высокая, фигура песочные часы, шикарная грудь подчёркнута умеренно глубоким декольте. Тёмные тяжёлые волосы мягкими волнами спадают на плечи. Идеально красивое лицо и, кажется, в ней нет ни одного изъяна – прекрасная восточная женщина. Редкая красота в сочетании с великолепной фигурой.
Теперь я понимаю, почему все говорят о ней – она создана для Османа.
На секунду представляю их рядом и сама с собой соглашаюсь, что не было бы пары великолепнее.
Я в проигрыше по всем фронтам – абсолютно и безоговорочно. Мы с Камиллой в разных весовых категориях, мне нечем крыть.
Чувствую себя растоптанной, раздавленной и ничтожной. Я не его женщина, но никто, кроме нас, этого не знает. И вполне представляю, что присутствующие задают себе вопрос – как он мог посмотреть на меня после такой женщины."
"Мы с Османом проиграли, как только зашли в этот зал.
Всё, что произойдёт дальше, бессмысленно. Даже если я сейчас посреди зала сяду на шпагат, никто не станет думать обо мне лучше. Чтобы ни сделала и как бы ни повела себя – я в большом минусе перед Камиллой.
Моя самооценка только что превратилась в выжженное пепелище.
Я не слышу поздравлений жениха и невесты, пропускаю танец-поздравление под национальную музыку, когда выступает ансамбль, и прихожу в себя лишь когда ведущий объявляет танец невесты с отцом.
