Тая заподозрила было, что видит иллюзию, но вовремя спохватилась, что в качестве члена королевской семьи она всех подданных короны видит в натуральном виде, сквозь пелену любой иллюзии. Память подтвердила эту информацию, подкинув и имя девушки: Миллиса Лерен, единственный ребенок верховного мага и по совместительству невеста Расса.
«О, если братик и упал в обморок у алтаря во время помолвки, то от чувства восхищения и великого облегчения, — усмехнулась про себя Тая.
— Ах, нет, он тоже королевских кровей и всегда видел ее настоящее личико».
В ответ на приветствие и добрую улыбку Таи в фиалковых глазах девушки мелькнула тень настороженности, Миллиса выдавила ответное «Здравствуйте» и уткнулась в раскрытый учебник. Тая честно прошерстила память в намерении прояснить расписание занятий и понять, какой именно учебник ей следует взять из книжного шкафа, но ее сестренка уроками голову совсем не забивала, помнила только, что ее мучения на уроке длятся целый час.
Осмотр стен в поиске расписания уроков результата не дал, так что Тая вынужденно обратилась к однокласснице, обучавшейся во дворце наравне с принцессой и дочерьми двух министров. (К слову, дочери министров считались близкими подругами принцессы и на занятие пока не явились).
— Какой предмет сегодня первым уроком? — спросила Тая.
— Законодательство, — кратко ответила девушка.
— Какие книги следует положить на парту?
Темно-синие с фиолетовым отливом глаза Милли наполнились недоверием и еще большей настороженностью.
Девушка молча поднялась и выложила на стол две книжки, неопрятную, помятую тетрадь, подписанную принцессой, карандаши, линейку, автоматические ручки, в которых поставка чернил на кончик осуществлялась магическим путем. Такие ручки никогда не заедали и не текли, как некоторые их земные аналоги. Стол, на который были выложены учебные принадлежности Таи, находился на максимально возможном удалении от стола Милли.
«После того как всю жизнь провел в атмосфере дружеского расположения и уважения окружающих (распри с Красманом не в счет), трудновато привыкнуть к прямо противоположному отношению», — вздохнула про себя Тая, отмечая, что почерк принцессы очень похож на её собственный, только писала принцесса неаккуратно, с кучей помарок и ошибок.
