Я молила его прийти как можно быстрее. Я тряслась от страха, что он не сможет меня найти, зато найдут волки или кто похуже. Между ног пульсировала боль, в мыслях я трижды умерла от зубов хищников. Мне казалось, что они уже за моей спиной, я чувствовала их взгляд. И когда узнала тихий голос Тимура, даже не поверила, что он меня услышал. Я увидела его силуэт среди деревьев, бросилась к нему, стремясь оказаться в объятиях Молотова.
Удивительно, что человек, которого ты боялась и стремилась не иметь с ним ничего общего, вдруг становится таким родным.
Рядом с Тимуром я чувствовала себя в безопасности. Сердце в груди от радости готово было выпрыгнуть, и слова, слетевшие с губ, напугали меня до глубины души:
– Не оставляй меня.
Да, я очень боялась остаться одна. Потеряв маму, поняла, как страшно одиночество. А к Тимуру я настолько привыкла, что без него словно потеряла нить, которая удерживала меня в бушующем море, не давая уйти ко дну. Столько лет жила одна, скрываясь от него же. Не хочу больше. Я устала никому не доверять.
Вот только я Тимуру была не нужна. Я забыла, что я для него обуза, от которой он всеми силами пытался избавиться. Как горько на душе. На что я надеялась, когда сказала такую глупость?"
"Я была благодарна за сладкую похоть, из-за которой можно было не продолжать разговор. Очередной приступ вихрем подхватил нас. Тимур резкими движениями стянул с меня брюки, они упали на землю, сковывая ноги. Но это неудобство нисколько не смутило Молотова, он прижал меня к шершавому стволу, который кололся во время напористых движений.
В этот раз проникновения не были глубокими, но тем не менее действовали на меня так же возбуждающе. Тимур умело довел нас до разрядки в рекордные сроки. Я слышала, как он тяжело дышит, пребывая в нирване. Ни один из двух моих предыдущих мужчин никогда не доставлял мне таких ярких, хоть немного похожих на эти, ощущений, которые получала с ним. Хотя истинные чувства затмят неловкость любимого, это точно. Я знала это по первой любви, которая иссякла, так толком и не начавшись, в студенческую пору.
Тимур сел, я чуть отстранилась, пытаясь разглядеть в темноте его лицо, но кроме черного пятна с поблескивающими глазами ничего не видела. Одержимость поутихла, в теле растекалась приятная нега. Как же мне хотелось оказаться у себя дома, в моей кровати. Лечь и забыться сном. Тимур осторожно гладил меня по волосам, от чего смазывалась горечь от его слов. Я ему не противна, просто не нужна. Мы просто не любим друг друга.
