Пока я шустро переодевалась: стягивала пиджак, вылезала из блузки, втискивалась во второе из двух привезенных с собой платьев, а потом, кое-как балансируя на одной ноге, вытряхивалась из брюк, за ширмой царила подозрительная тишина.
Я осторожно выглянула и обнаружила, что Гаррет действительно сидел на подоконнике и с любопытством рассматривал красный кружевной клочок с бантиками.
– Не то чтобы я копался в твоих вещах. – С ироничной усмешкой он приподнял вещицу на указательном пальце. – Они валялись на кровати.
– Это подарила твоя мать! – с горящей физиономией выпалила я.
– Неужели? – В его глазах плескался смех.
– Да! Лучше бы прислала ящик чесночной колбасы!
– Может, дело в том, что я не люблю чесночную колбасу, в отличие от милых кружевных штучек…
– Господи, прикончу, Ваэрд! Вместе с твоей матушкой!
Я бросилась к нему через всю комнату, содрала подвешенные трусы и скомкала. Невесомое кружево легко спряталось в кулаке. Гаррет окончательно развеселился:
– Ты так мило покраснела.
– Можешь просто сделать вид, что не находил их? – в отчаянии попросила я. – Ты мне должен желание! Точно! Желаю, чтобы ты сделал вид, что этого ужасного, неловкого момента никогда не случалось.
– Я тебе шай-эрская новогодняя арка, Адель?
– Ничего не знаю! Ты обязан выполнить.
Гаррет резко выбросил вперед руки, схватил меня за талию и привлек к себе. От неожиданности я выгнулась в пояснице, пытаясь увеличить зазор между нами. Ведь, целуясь, говорить о насущном невозможно.
– Даже не подумаю, – промурлыкал он. – Более того, буду представлять кружево и ждать, когда ты решишь, что мы больше никуда не торопимся.
– Зачем представлять? – С елейной улыбкой я сунула Гаррету комок в карман пиджака. – Примерь и посмотри вживую. Илайза все равно написала, что сделала подарок тебе, а не мне.
Он состроил вид, будто проглотил насмешку, но весь вечер, пока мы ужинали в тихой едальне, я видела, как кружевное безобразие упрямо оттопыривает его карман! А едва вернулась домой, спрятала белье в глубину полки и заложила ровными стопками вещей.
В смысле, нормальных вещей, в каких совсем не стыдно смотреть на себя в зеркало.
В середине октября в Шай-Эре наступал родительский день. Праздновали его с большим размахом: устраивали гуляния, навещали родственников в других городах, дарили родителям подарки. На неделю королевство погружалось в бесконечные ярмарки и переезды.
