Куда магистры смотрят, когда у них тут академия в натуральный игорный дом превращается?
– Почему под моим именем нет ни одной ставки? – возмутилась я, указав пальцем на доску.
– Ты рассчитываешь победить? – скосил он глаза.
– Поставь завтра!
– Я уже поставил, – дернул головой Мейз.
– Мейз Эйбл, мы знакомы с рождения, а ты за какой-то час успел поставить на моего противника?! Вот сейчас ты меня по-настоящему расстроил! В следующий раз, когда сляжешь с горловой жабой, не буду тебе кружки с горячим бульоном из кухни таскать.
Понял? – проворчала я и, развернувшись на пятках, замаршировала в столовую.
– Эдди, подожди меня! – Юна припустила следом.
Свободных столов не нашлось, и нам с соседкой пришлось скромно пристроиться к северянам на два последних свободных стула. Но не успели мы разместиться, как сотрапезники подхватили подносы и быстро освободили места.
– Смотрю, ты мне пространство расчистила. – Мейз без зазрения совести уселся рядом.
– Не заметил, что я тебя подчеркнуто игнорирую?
На столе появился обед.
Большая миска с горячим жидким супом, вокруг которой теснились соленые закуски."
"– Пообедаем и пойдем тренироваться, – распорядилась я, переставляя тарелочки с этими странными гарнирами, как их называли северяне, поближе к лучшему другу. – У меня всего два дня, чтобы освоить турнирную магию.
– За два дня ты разве что научишься падать, не разбивая нос, – насмешливо фыркнул он.
– По-моему, вернуться из дуэли с целым носом большая победа, – хмыкнула я и быстро спросила: – Все еще не хочешь передумать насчет ставки?
– Нет, но дам совет, как лучший друг лучшему другу: после еды не стоит заниматься турнирной магией, иначе впрок не пойдет.
– Что именно? – совершенно серьезно, словно не догадывалась, что паршивец надо мной измывался, уточнила Юна.
– И то, и другое, – хмыкнул Мейз.
– В таком случае не наедайся, – вернула я ему совет.
– Заниматься собираешься ты, а почему голодать должен я?
– Ты покажешь мне основы турнирной магии.
– Я?! – обескураженно уточнил он.
– Мейз, ты занимался турнирной магией? – восхитилась Юна.
– Как чудесно!
– В шестом классе, – не скрывая раздражения в голосе, припомнил тот, – и это был поистине чудовищный опыт.
– В шестом классе? – с подозрением покосилась я на друга. – Совсем недавно. Всего-то десять лет назад.
Отчего-то мне казалось, что тогда мы ходили в младшую школу, и именно возраст позволял Мейзу перед каждой тренировкой вдохновенно выть в подушку, размазывая по наволочке в цветочек сопли.
