Идеальные разведенные

 — Извините, я муж Игнатовой Агаты Давидовны, вы только что…

— Антонина, почему посторонние в отделении? — одаривает меня таким взглядом, что мгновенно чувствую себя вшивой дворнягой, путающейся под ногами.

Знаете, бывают такие люди, от одного взгляда которых обделаться можно. Ты начинаешь тупить и напрочь забываешь, для чего вообще к нему обратился. И ты стоишь такой, заикаешься, а он смотрит на тебя вот этим взглядом надзирателя колонии строгого режима и проклинает тебя за то, что отнимаешь его драгоценное время.

— Я… я, — мямлит постовая Тоня, тушуясь под пристальным взглядом.

— Вы только что оперировали мою беременную супругу. Я хочу узнать о ее состоянии, — нефига он не отделается от меня.

Наконец-то мужчина обращает на меня внимание и рассматривает.

Хорошо, что на мне медицинский комплект из разодранного в подмышках халата, дебильной шапочки и бахил, которые по швам начали расходиться.

По крайней мере так я выгляжу, как большинство посещающих родственников, а не бомжом с подворотни.

— Я понял. Но вы все равно не должны находиться в отделении. Антонина, зайдешь потом ко мне, — жестко бросает девушке, отчего та виновато опускает глаза в пол и обреченно падает на стул.

 — Прошу, — указывает на дверь с табличкой «Сергеенко Сергей Сергеевич».

Ну что сказать, хоть сейчас мои мысли находятся в одномерной плоскости, но скорее всего его имя я в состоянии запомнить, да.

— Извините. Антонину не ругайте, пожалуйста, она бы в любом случае не справилась со мной.

Он снова одаривает меня внимательным взглядом, но теперь в нем угадывается интерес.

— Я подумаю.

Присаживайтесь, — Сергей Сергеевич снимает медицинский халат и аккуратно вешает его на плечики напольной вешалки-стойки.

Осматриваюсь по сторонам и замечаю идеальный, нет, даже педантично-неприличный порядок, что мне даже находиться здесь в своем неприглядном виде стыдно и неудобно.

Хорошо хоть Аленка бахилы подогнала, а то бы пришлось по воздуху передвигаться.