Идеальные разведенные

Кое-как мне это удается, поэтому со скоростью света несусь в уборную, выкрикивая на ходу: «Дорогу!».

Дианка заливисто хохочет у меня на руках, потому что из всех щелей сыпятся остатки еды, которую благополучно слизывает Герман, наступающий мне на пятки.

Ставлю дочь прямо в колготках в ванну и открываю теплый кран.

— Отдай, это мое, отдай, — из гостиной доносятся крики и шум, — я всё маме расскажу, — кричит Степа.

Грохот повторяется снова, и вот я уже срываюсь в гостиную, оставляя Дианку на попечение Германа.

— Следить! — пальцем наказываю шпицу, — в случае атаки оказывать сопротивление!

Пес утвердительно лает, а я с выпученными глазами залетаю в зал, где вижу картину, как моя шестилетняя дочь Соня в шлеме Дарт Вейдера скачет по подоконнику, потряхивая в воздухе какой-то разукрашенной бумажкой:

— Тили-тили тесто, жених и невеста! — Соня дразнит краснеющего и мокрого Степу, прыгающего под подоконником и пытающегося выхватить этот листок у сестры.

— Так, что здесь происходит? — рявкаю я. — Степа!

— Что Степа? — обиженно разворачивается ко мне сын.

Смотрю на кривляющуюся Соню.

— Соня, быстро отдай его бумажку и живо слезай с подоконника. Мать узнает, влетит всем.

— Это не бумажка! — хихикает Софья и спрыгивает с подоконника, — это любовное письмо для Юлечки Филатовой, — ехидничает Сонька.

— Заткнись! — орет ей Степа.

— Степа! — ору я. — Что за выражения? Так нельзя говорить!

Где-то из ванной истерически надрывается Герман, а потом начинает орать Диана.

— Па-ап! — орет Степа, услышав вопли Дианы.

— Па-ап! — орет Соня.

— Гав, раф, раф… — надрывается Герман.

— Са-а-ам! — визжит Диана.

— Заткнитесь все! — ору я.

Втроем залетаем в ванную, где на кафельном полу — целый океан в то время, как Диана удерживает Германа и поливает его из душа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Господи, Господи, я прошу тебя, награди меня какой-нибудь неопасной болезнью, чтобы на пару дней меня положили в больницу.

За семь «счастливых» лет я приобрел пару десятков седых волос, тремор рук, периодически дергающийся левый глаз и бессонницу.

Когда родились Степка и Сонька, поначалу, всё было прекрасно. Родители Агаты вернулись в Россию и помогали нам с детьми.

Я так радовался, когда узнал, что у меня будет два разнополых ребенка. Всё честно: для мамы — помощница доченька, для папы — друг сын.