Он качнул в ладони бокал с вином, густая словно кровь жидкость плеснула на стенки.
— Немного, — призналась я. — Разве такие вопросы задают в лоб? Надо как-то аккуратно узнавать!
— Например?
— Например, не ждет ли меня кто-нибудь дома, а то мы уже припозднились.
— Действительно, — склонил голову Филипп, и в его глазах мелькнуло странное выражение. — Вера, мы как-то припозднились. Вас кто-нибудь встретит?
— Вы намекаете, что ужин пора сворачивать?
— Я предлагаю подвезти вас домой, раз вы явно не планируете есть сырую рыбу.
Машины у вас пока нет, так что могу предложить свои услуги.
Я замешкалась, вновь сбитая с толку.
Он выгнал Наташку, но зачем? Если мы не просидели и получаса после ее ухода.
«Трио тартаров» я действительно есть не собиралась, а вот артишок… Все-таки доела под ироничным взглядом Филиппа.
И тут же поднялась из-за стола, намеренно не дожидаясь, пока он сделает это первым.
Знание этикета — обоюдоострая штука. Нарушая его, можно подавать определенные сигналы. Правда, это работает только в случае, если и спутник с этикетом знаком.
Филипп сощурился и чуть-чуть более поспешно, чем собирался, встал следом за мной. Бросил несколько крупных купюр на стол, ускорил шаг — и успел-таки открыть передо мной дверь.
Причем даже не стал делать замечание, что я собиралась сделать это сама. — за это ему плюсик. Слишком часто я встречалась с «джентльменами», которые обожали позанудствовать, что леди нынче не дают им проявить галантность.
— Сюда, — направил меня Филипп к припаркованной у ресторана машине.
Яркий свет фар ударил в глаза, и я не сразу осознала, дверцу какой машины он открыл передо мной.
Это был золотистый «Майбах».
Роскошный, огромный, сияющий.
Новый.
С сиденьями цвета топленых сливок.
Так вот почему он так отреагировал на фото машины моей мечты!
Мы сошлись во вкусах. Только его мечта была на порядок шикарнее.
Я обернулась и окинула Филиппа взглядом, заново его оценивая.
Почему-то вспомнился женский стендап, который я недавно смотрела.
«Он возит тебя не просто так! Тебе придется с ним за это переспать!»
«Подождите, давайте разберемся. У него «Порше Панамера», у него шесть кубиков пресса, у него трешка в центре… ЕМУ придется со мной переспать!»
Не знаю, что насчет кубиков пресса, но серо-голубая рубашка Филиппа не топорщилась на животе — уже неплохо.
Не знаю, что насчет трешки в центре… Разве что «трешка» — это трехэтажный дом.
