Как глубоко он входит, под каким углом, где, как, под какую музыку…
В какой-то момент он произнес вслух:
— Включить Electric Wizard.
Гостиную наполнил густой плотный звук, который сначала показался мне какофонией тяжелых гитарных рифов. Совсем не то, что мне хотелось бы слышать во время секса. Нежного — несмотря ни на что. Будоражаще острого и ошеломительного.
Но сегодня все контролировал Завадич — это и было моим наказанием.
Теряясь в давящих своим весом аккордах, я чуть было совсем не упустила даже малейший шанс получить удовольствие, но…
Чем дальше, тем глубже проникала в меня эта музыка.
Голоса гитар отзывались ощутимой вибрацией в костях, монотонный завывающий вокал звучал как заклинание, один и тот же рифф повторялся снова и снова, вгоняя в транс… И отзываясь медленным мощным ритмом, который безупречно держал Филипп, вонзаясь в меня на полную длину, выходя до конца и снова проникая тяжелыми точными ударами.
Мне хотелось хоть какой-то свободы, и я выгнулась ему навстречу, цепляясь пальцами за его одежду, стремясь добраться до обнаженной кожи.
Но он держал между нами дистанцию — и контроль.
Почти до самого конца, пока я не почувствовала, что входить ему стало тяжелее, ритм сломался, Филипп склонился ко мне и подарил свой солнечный поцелуй.
Мои пальцы запутались в его волосах, я прижала его голову к себе, не позволяя отстраниться, и он содрогнулся, кончая с низким стоном.
— Ч-ч-ч-черт… — выдохнул он полушепотом, обрушиваясь на меня всем весом и закрывая глаза.
— Минуту. Дай мне минуту.
Несколько шумных рваных вдохов я никак не могла сообразить, к чему ему эта минута. Пока он не вышел из меня и не опустился ниже, накрывая меня губами между ног.
В этом он был непристойно, божественно хорош.
Настолько, что через пару мгновений я уже не слышала никакой музыке за шумом в ушах, не видела ничего, кроме ярких вспышек перед глазами, и совершенно не контролировала ни свое тело, ни свой голос.
Кажется, я орала. Кажется, вцепилась в волосы Филиппа так сильно, что едва не оставила его лысым.
Кажется, чуть не вынудила его задохнуться, прижимая его голову сильнее, еще сильнее, ни в коем случае не отстраняйся!
А потом лежала звездой, бесстыдно раскинув руки и ноги, и даже не думала о том, достаточно ли я привлекательно выгляжу в этот момент. Мое тело дергали электрические разряды удовольствия, острые и сильные, как настоящий ток.
В какой момент утихла музыка, я не заметила.
