Онлайн-библиотека книг
Он взял ее за руку и подвел к большому наклонному зеркалу на ножках:
— Я хочу, чтобы ты увидела себя, красавица.
Эмерелд видела, как сильно любит друг друга пара, отражающаяся в зеркале. Он возвышался над ней, темная фигура резко контрастировала с красным бархатом ее платья. Шон снял с нее накидку и бросил на ковер. Потом освободил ее от маски, и его руки взлетели, чтобы вынуть шпильки из ее волос. Тяжелый водопад локонов упал на обнаженные плечи.
— Ты настоящая ирландская красавица, — объявил он, и впервые в жизни Эмерелд поняла, насколько она привлекательна.
Шон подвел ее к туалетному столику и усадил перед зеркалом.
— Я хочу приготовить тебя ко сну, — хрипло проговорил он. Его глаза гипнотизировали ее в зеркале. Наконец ее ресницы стыдливо дрогнули.
— Мне нечего надеть в постель, — едва слышно прошептала Эмерелд.
Шон подтолкнул к ней флакон духов:
— Этого хватит, чтобы окутать тебя.
Грудь Эмерелд вздымалась и опускалась при каждом торопливом вздохе. Она смотрела, как граф взял серебряную щетку и его рука коснулась ее головы.
— Когда я впервые увидел тебя, я решил, что у тебя не волосы, а облако дыма. Мне так хотелось к ним прикоснуться. Могу я расчесать их, Эмерелд?
Она молча кивнула, дрожа от предвкушения. От медленных движений волосы начали потрескивать.
— Ты не снимешь перчатки?
Ее просьба обожгла ему сердце. Он медленно стянул правую перчатку, и его пальцы зарылись в шелковистую копну, прикасаясь, лаская, играя и дразня, пока черные кудри крепко не обвились вокруг его пальцев.
Эмерелд часто задышала, когда почувствовала, как его пальцы расстегивают ей платье. Она ничего не надела вниз и гадала, знает ли он ее тайну. Потом ощутила его горячие губы, прокладывающие путь вниз по изгибу ее спины, и поняла, что именно так мужчина должен заниматься любовью с женщиной. Острая дрожь пробежала по позвоночнику, и Эмерелд закрыла глаза, чтобы насладиться этим ощущением.
Ее ресницы взлетели, когда его руки пробрались вперед, под платье, и обхватили ее обнаженные груди. Она видела все его движения в зеркале, и это лишь подстегивало ее возбуждение. Его глаза смотрели на нее с таким напряжением, которого она никогда раньше не видела. Они почернели от страсти, когда Шон заметил, как на ее лице отражается чувственное волнение тела.
