Идеальный любовник

Рука в руке они вышли на луг. Но не прошли и ярда, как густая зеленая трава намочила их до колен.

— Чувствуешь, какой мягкий и теплый дождь? — Они молитвенно подняли головы. — Лови его ресницами, пусть он стекает у тебя по носу.

— Это волшебно, я чувствую его запах, — воскликнула Эмерелд, высунула язык и поймала каплю.

— Вкусно?

— Восхитительно, — объявила она.

Шон поднял ее руку и вдохнул аромат влажной кожи, потом провел языком от запястья по внутренней стороне руки к локтю, слизывая дождевые капли, сбегающие тоненькими ручейками.

— Ммм, мокрая от дождя кожа опьяняет. Попробуй, — предложил он.

Молодая женщина бросила на него призывный взгляд из-под ресниц, и ее язык коснулся его шеи в открытом вороте намокшей рубашки. Руки графа сомкнулись на ее ягодицах, он прижал ее к себе, а его член увеличивался в размерах и становился все тверже.

— Под дождем все растет, — прошептал он.

— Я же говорила тебе, что это волшебство. — Эмерелд выскользнула из его объятий и, танцуя, пошла по лугу, утопая по плечи в полевых цветах.

Шон посмотрел ей вслед и бросился вдогонку. Поймав Эмерелд, он толкнул ее в густую траву и лег сверху.

Она рассмеялась ему в лицо, с каждой минутой любя его все сильнее.

— Потряси плечами. Ты должна вымокнуть с головы до ног.

Эмерелд потрясла не только плечами, и Шон округлил глаза в насмешливом одобрении.

— А теперь ты, — приказала она, и он стал кататься с ней по траве до тех пор, пока Эмерелд не оказалась сверху.

Он жадно прижимался к ней всем своим телом, пока оба они не задохнулись от желания.

Эмерелд не хотела, чтобы эта игра закончилась. Шон опять мог жестоко над ней подшутить, неожиданно остановиться и оставить ее опустошенной. Ей хотелось, чтобы на этот раз он перестал себя сдерживать. Она поняла его игру. Стоило ей перейти в наступление, как Шон отступал. А если ей сделать шаг назад, не вызовет ли это обратную реакцию?

— Шон, ты не отведешь меня в сад?

Его глаза, серебристые, как поливающий их дождь, взглянули на нее с неприкрытым желанием.

С нежным и очаровательным терпением, которого он на самом деле не испытывал, Шон отозвался:

— Когда ты так мило просишь, разве я могу тебе в чем-то отказать? Я с огромным удовольствием отведу тебя в сад.