Идеальный любовник

Шон стал убеждать Эмбер тоже выбрать себе лошадь и предложил переправить ее в Уиклоу, когда повезет мать Эмерелд домой.

Эмбер вежливо отказалась. Ей не хотелось быть обязанной этому влиятельному человеку.

Шон словно прочитал ее мысли и обезоруживающе улыбнулся."

"— На самом деле, — сказал О'Тул так, чтобы его слышала только она, — за этих лошадей заплатил Монтегью. Я просто избавил его от забот по их перевозке и содержанию.

Эмбер рассмеялась в ответ на его искренность:

— В таком случае мне следует принять ваше предложение.

На следующий день Эмбер поняла, что ее визит к дочери стремительно подходит к концу. Ближе к полудню она отозвала Эмерелд в сторону:

— Я попросила Шона отвезти меня завтра в Уиклоу.

— Ох нет! — воскликнула Эмерелд. — Прости меня, я знаю, что у тебя там дела, но время пролетело так быстро. Кажется, будто ты только что приехала.

— Дорогая, но все изменится. Мы теперь будем видеться часто.

— Я даже не знаю, чем ты занимаешься.

У Эмбер перехватило дыхание.

— Это… развлечения. Я нанимаю женщин, которые развлекают гостей на вечеринках, на приемах.

— И на это есть спрос? — полюбопытствовала Эмерелд.

— Огромный, — честно ответила мать. — Дорогая, мне необходимо поговорить с тобой наедине. Куда бы мы могли пойти?

Эмерелд вгляделась в ее лицо. Судя по всему, матери не хотелось, чтобы кто-нибудь в Грейстоунсе услышал их.

— Мы можем пойти на прогулку с собаками.

— Это было бы отлично. Хорошенько закутайся, я чувствую, в воздухе пахнет зимой.

Эмерелд спустилась вниз, одетая в свой зеленый бархатный плащ с капюшоном, отороченным великолепной рыжей лисой. Эмбер почувствовала комок в горле.

— Это не может быть тот же самый, что я шила для тебя.

— Нет, я уехала из Англии в единственном платье. Страшно уродливом, должна признаться. Шон заказал для меня точную копию того плаща, что был на мне в день приезда в Ирландию на праздник в честь дня его рождения. Он обо всем помнит.

Собак они нашли в конюшне.

— Грейхаунд принадлежал Джозефу, хотя они мало времени провели вместе.

Эмбер наклонилась, чтобы обнять пса.

— От этого просто разрывается сердце.

Волкодав Шона приветствовал Эмерелд, положив огромные передние лапы ей на плечи.

— Ах, дорогая, будь осторожна. Ведь у тебя ребенок! — воскликнула Эмбер.

— Ты знаешь? — удивилась Эмерелд.

— Я подозревала. Не сразу, но ты так сияла, что я стала к тебе присматриваться. Я все-таки надеялась, что мои страхи не имеют оснований.