Онлайн-библиотека книг
В садах полно непристойных скульптур и фаллических символов. Даже дорожки раздваиваются наподобие женских ног, образуя обсаженные кустами промежности!
— Люди шепчутся, что они устраивают черную мессу, — добавил Джек."
"— Что ж, это довольно распространенная практика — переодеваться монахами и возлагать на алтарь монашек. Кто из нас не предавался этой фантазии? Но Дэшвуд пошел еще дальше. Он просто фанатик, когда речь идет об осквернении христианства, у него склонность к богохульству. Вот почему мне кажется, что цены на мои карикатуры на двенадцать апостолов поднимутся очень высоко.
— Лично я предпочитаю порнографические рисунки, сделанные рукой Роулендсона[19]. Жестокость и содомия на меня не действуют, если не изображены женщины.
— Ты прав, есть что-то очень возбуждающее в изображении женщин, участвующих в неестественном соитии. — При этой мысли у Уильяма отвисла челюсть. Хотя он и понимал, что слишком много выпил, чтобы воплотить эту идею в Диван-клубе.
Шон О'Тул тщательно планировал плавание таким образом, чтобы они прибыли в Лондон прямо под Новый год. Погода им благоприятствовала, и только в последнюю ночь в Ла-Манше на них внезапно набросилась свирепая буря, с громом и росчерками молний, потом посыпал град, такой крупный, что мог порвать ванты в клочья.
Присутствие Шона требовалось и на палубе, и в трюме, поэтому всю ночь он разрывался между двумя особами, требовавшими его нераздельного внимания, — Эмерелд и «Серой-1».
У той по лицу струились слезы.
— Если мне суждено умереть, я хочу быть рядом с тобой!
Шон сдерживался из последних сил.
— Никто не собирается умирать. Не будь смешной, Эмерелд!
Когда женщина вцепилась в него, нуждаясь в его силе, его уверенности, утешении, это почти лишило Шона мужества. Он отбросил покрывало на койке и уложил Эмерелд прямо в одежде.
— Тебе нужно поспать. Я хочу, чтобы ты отдохнула.
— Не могу я спать!
— Ты должна. Мы спокойно встанем на якорь в Лондоне через несколько часов. Поверь мне.
