— Просто мне показалось, что это какие-то… — в этот момент круг вспыхнул, и над ним показалась стая из тридцати гончих. Только эти больше похожи на гиен. Впрочем, их практически не отличить от обычных местных гиен, по крайней мере, внешне. — Ну почему именно эти? — взвыл рогатый и закрыл лицо руками.
— Хихихих! — сразу заверещали гончие. Они разбежались по крыше, стали играться друг с другом, покусывать товарищей и орущего демона.
— Так, соберитесь! — крикнул им, и стая сразу сбилась в кучу.
— Хихихих?
— Будете подчиняться ему! — указал на Воалиса.
— Хихихи… — недовольно затявкали они, но ослушаться приказа не решились.
Вообще, контролировать веселых гончих довольно трудно. Для этого обязательно нужно иметь невероятное могущество и шикарное чувство юмора. Причем, второе даже важнее. Иначе они попросту не будут подчиняться, какими заклинаниями контроля ты ни пытался бы подмять их волю под себя.
Все они сразу заулыбались, поняв, что их ждет веселое задание. Правда, некоторые ошибочно думают, что это у них такой оскал, просто чем-то напоминающий улыбку.
Но нет. Это именно улыбка и есть.
— Стая психованных гончих, — схватился за голову Воалис. — Ну за что вы так со мной, хозяин? У вас точно всё в порядке с головой? — гиены разом замолкли и посмотрели на него. — Не-не, собачки. Я же пошутил! Просто слишком радуюсь!
— Если будет обижать, можете отгрызть ему хвост. И не только его, если вы понимаете, о чем я, — спокойно проговорил я.
— Хихихи! — закивали они, давая понять, что всё прекрасно поняли.
— А теперь вперед! — крикнул им, и стая, снова захихикав, рванула прочь.
Дверь, ведущая к лестнице, была закрыта. Но какое до этого дело гиенам? Они разбили ее в щепки, даже не остановившись, и со всех ног понеслись дальше, сметая на своем пути любое сопротивление.
Послышались крики, пальба, а я присел на камень и закрыл глаза. Даже не знаю, кто там в плену. Но устав «Демонов войны» помню идеально. Никогда и ни при каких условиях не оставлять своих в беде, если есть возможность хоть как-то помочь им.
И раз здесь свои, мне плевать, насколько трудной будет операция по их освобождению. Укрепленная тюрьма, цитадель самого султана… Без разницы, пленники в любом случае будут освобождены!
А всё почему? Потому что Константин — хороший солдат."
"— Ихихих! — из разломанного дверного проема показалась гиена. Она тащила в зубах орущего мужика, а тот пытался как-то отбиваться. Вот только гончей до этого не было никакого дела.
