— Все намеченные задачи выполнены!
— А почему вас так много? — с недоумением уточнил тот и начал нас пересчитывать. — Что, почти никого не потеряли?
— Никого! Вообще никого! — радостно воскликнул Серый. — Не знаю, как у вас, а у меня такое впервые. Каждый боец выполнил все свои задачи, и смог вернуться живым!
— Неожиданно… — задумался полковник. — А это что за машина? — он указал в сторону грузовичка. Сейчас его аккуратно выкатывали из трюма, чтобы отпустить самолет. Стоять по центру военной базы слишком опасно, и лучше убрать его подальше.
— О, этот грузовичок должен стоять на аллее славы, — усмехнулся командир нашего отряда. — Он заслуживает как минимум медаль, — полковник продолжил смотреть то на грузовичок, то на Серого. — Неважно, потом расскажу. И поверьте, это стоящая история.
Еще некоторое время полковник что-то уточнял, а Серый обещал рассказать всё в кабинете, без посторонних. Всё-таки об этой операции многие знают лишь в общих чертах.
То, что она была крайне опасная и проводилась в глубоком тылу противника, а вот в детали посвящены лишь несколько человек.
Вскоре бойцы стали расходиться по своим делам, полковник позвал Серого и еще нескольких офицеров в свой кабинет, чтобы выслушать подробности, а я так и стоял рядом с грузовичком.
— Прошу прощения! — окликнул я Серого. — А что делать с пленными?
В этот момент все резко замерли и уставились в мою сторону.
— С какими еще пленными? — прищурился командир.
— Да, с какими? — уточнил полковник.
— Так с этими, — я подошел к кузову и распахнул дверцы. — Которых я освободил еще в городе.
У Серого почему-то задергался глаз. Впрочем, его можно понять. Наверное сильно переволновался во время операции. И на это дерганье никак не повлияла группа людей в кандалах, что сидели в кузове за ширмочкой и играли в карты.
— О, мы уже добрались? — обрадовался потрепанный парень, у которого в руках было аж два туза.
— Эх, не успел отыграться…
— Всё, пора на выход, — пожал я плечами. — Ничего, в следующий раз как-нибудь сыграем с тобой. И два туза тебе не помогут!
— Ладно, — вздохнул тот и отправился на выход. Впрочем, как и остальные. Вскоре они вышли из фургона, потянулись, и прикрыли глаза от яркого солнца. Всё-таки им пришлось просидеть в кузове аж три дня.
— Погоди… — полковник прищурился и подошел ближе.
