— Скажи, Михаил, чисты ли твои намерения? — Шарль встал между мной и Викой, и теперь уже с серьезным видом начал задавать обговоренные заранее вопросы. — Сильны ли твои помыслы? Собираешься ли ты заботиться о Виктории?"
"Эти вопросы мы обсудили заранее, так как наши с Викторией отношения… развиваются довольно неспешно. И потому стандартные вопросы вряд ли подойдут. Я не хотел смущать девушку и себя, например, вопросом о любви. Вдруг она еще не решила для себя?
— Да! — кивнул ему, после чего старик повернулся к Вике.
— А ты Виктория? Чисты ли твои намерения?
— Да! — улыбнулась она. Хм… А почему это ей задают меньше вопросов? Этого мы не обсуждали!
— Что за ерунда! Давайте на камень! — выкрикнул кто-то из толпы.
— Да! На камень намерений их! — поддержал еще один аристократ.
— Дело в том, что я не смог так быстро найти камень, — виновато улыбнулся Монте-Шарль. — Ну, и это не обязательно…
— Так посмотрите среди подарков. Уверен, там точно найдется такой артефакт, — вперед вышел Мамонов-старший. Понятно, кто всё это подстроил.
Монте-Шарль мельком посмотрел на меня, и я в ответ утвердительно кивнул. Ничего, пусть посмотрят, раз так хотят.
— О-о-о! Так будет интереснее! — воскликнул старик. — Несите сюда камень!
Спустя пару минут в зал вошли четверо спартанцев. Могучие воины с трудом тащили исписанный рунами артефактный камень, и когда они поднимались на сцену, у них под ногами жалобно скрипели доски. Ничего, выдержат. Все деревянные изделия здесь созданы в деревне лесорубов, так что за ними можно спокойно прятаться от пуль.
Гости же всё это время весело обсуждали предстоящее представление. Использование камня совершенно необязательно, и многие отказываются от него. Всё же этот камень может показать слишком неудобную правду, а аристократы не любят открывать свои намерения перед окружающими. Потому обычно такие представления заканчиваются ссорами. Вот только мне нечего скрывать.
— Михаил, положи руку на камень, — указал на артефакт Монте-Шарль. — А теперь скажи, уважаешь ли ты Викторию?
— Да! — пожал плечами, и камень загорелся мерным зеленым светом.
— Смотрите, его намерения чисты и правдивы! — прокричал старик в микрофон. — Это достойно, Михаил! А теперь скажи, есть ли какая-то корысть или выгода в твоих действиях по отношению к Виктории? Есть ли что-то, чего ты хотел бы скрыть от невесты?
— Нет! — усмехнулся я, а камень загорелся желтым.
— Желтый! Цвет уверенности! — прокомментировал он сигнал артефакта. — Он не сомневается в своих словах.
