— На самом деле меня зовут Михаэль. Мне больше трех сотен лет, и…
— Насколько больше? — прищурился старик.
— Не скажу, это уже совсем секретно. Правду не знает даже моя жена, — усмехнулся я. — Так вот. Когда-то давно, когда королевства жили в мире…
Решил поведать ему историю не с самого начала, так интереснее. Впрочем, и в подробности вдаваться не стал, это ему знать ни к чему. Так что рассказ занял около полутора часов, тогда как старик всё это время внимательно слушал и ни разу не перебил.
— Удивительные вещи… — покачал он головой, когда я закончил рассказ о своей жизни в другом мире.
— Выходит, ты иномирец?
— Технически — да, — согласно кивнул. — Но я из другого мира, не сопряженного. Так вот. Проснулся я в тюремной камере, а меня сразу попытались убить. Как, что, почему, я тогда не знал, потому убил их и сбежал. — Я замолк, а старик почесал бороду и задумался. — Ты ведь понимаешь, зачем я здесь?
— Если честно, довольно смутно. — признался он. — Или ты хочешь моей помощи, или твоя цель убить всех в этом здании, чтобы концы не вели к тебе.
— Умный ты человек, — одобрительно кивнул ему. — Мне действительно нужна помощь. Хочу, чтобы ты признал меня, как своего сына и помог легализоваться. А то в последнее время ко мне слишком много вопросов, и мне надо, чтобы версия с иномирцем наконец отпала. А взамен могу вылечить твоего сына, например…
— Не нужны мне эти ложные надежды, — рыкнул старик. — Лучшие лекари страны не смогут ничего сделать. Я немного разбираюсь в медицине, так что знаю, какие повреждения у моего сына.
Это неизлечимо, и я не подпущу тебя к нему. И в твоей просьбе тоже откажу.
— Вот как? — удивился я. Честно говоря, думал, будет легче его убедить.
— Не пойми неправильно, но мой Род верен Империи, — нахмурился он. — Я никому не скажу об услышанном, можешь не сомневаться. Но пусть Михаил и был тем, кем он был, но… — он посмотрел на меня. — Но это тело моего сына…
— Я бы и сам поступил так же на твоем месте, — кивнул ему, — И как? Думаешь, я не смогу тебя переубедить?
— Хех! — усмехнулся старик.
— Тебе проще нас убить, но переубедить не выйдет.
— Понял, — улыбнулся ему. — Тогда приду попозже.
— Надеюсь, это позже будет очень нескоро, — он улыбнулся в ответ, а я протянул ему руку для рукопожатия. — Выход сам найдешь?
Он не стал отказываться, и ответил, после чего я подошел к его сыну в инвалидном кресле и протянул руку уже ему. Старик даже рот открыл, чтобы сказать что-то, вот только так и замер в той же позе.
