Совсем чуть-чуть… — А на рудниках у нас есть тяжелая строительная техника? Ну, там бульдозеры, и что-то вроде того…
— Есть, — нахмурился старик. Эх, пусть он и дорос до того, чтобы забрать у врага даже окна, но этого недостаточно. Не понял он, к чему я клоню.
— Тоже сюда ее гони! — махнул я рукой. — Тогда мы стены заберем!
— Кхм… — прокашлялся Черномор от неожиданности. — Я, конечно, всё понимаю… Род сейчас не в лучшем положении, но стены… На кирпичи их, что ли, разобрать?
— Это, как тут принято выражаться, самострой.
Причем, на моей земле. В любом случае, здание придется снести, — пожал я плечами.
— А ты что, эту землю хочешь занять? — у старика глаза полезли на лоб. Но когда я отрицательно помотал головой, он облегченно выдохнул. — Ну и хорошо, а то удержать эту землю у нас не хватит гвардейцев.
— Но рано или поздно мы сюда еще вернемся…
Обязательно. Когда-то эта земля принадлежала Булатовым, а значит, верну я ее, в любом случае. Чужого мне не надо, а вот свое точно заберу.
Вскоре приехала первая партия крестьян. Мужики с огромным удовольствием согласились отправиться, пусть и на опасную, но высокооплачиваемую подработку. Они тут же высыпали из грузовиков, а прорабы подошли к нам с Черномором.
— Господин… — поклонился старший из них сперва мне, а затем и командиру гвардии. — Прикажете приступать к работе?
— Митрофан, тут немного изменилась задача, — под бородой было незаметно, насколько ехидно улыбнулся Черномор. — Выносить нужно всё!
— Ну, нам уже сказали, что надо мебель, картины, книги…
— Стены тоже, — добавил старик, а прораб завис.
— Разберите дом на кирпичи, и вывезите всё, чтобы здесь только ровная земля осталась."
"Впрочем, ни слова против никто не сказал. Раз господин желает разобрать особняк на кирпичики, значит будем разбирать. И мне нравится такая логика моих подчиненных, сейчас явно не время спорить и пререкаться. Даже уточнять времени нет, надо сразу начинать действовать без лишних слов.
Я на некоторое время еще задержался в имении.
С удовольствием посмотрел, как рабочие выносят из особняка книги, дорогую мебель и технику. А самое главное, здесь был огромный винный погреб. Крестьяне, понимая, сколько стоит каждая бутылка, носили эти самые бутылки, словно родных детей. Даже на многочисленные трупы не обращали никакого внимания. Были заняты лишь тем, чтобы каждая бутылка была доставлена в целости и сохранности. Даже не знаю, кто будет рад больше.
