И помогла не какая-то магия, а добытые мною артефакты. Одному гвардейцу и вовсе, чуть голову не снесли. Его покров был уже изрядно истощен, и в какой-то момент ему прямо в череп прилетела пуля снайпера. В меня такая же прилетала, кстати. Благо, не в голову. Если бы не сработавший артефакт, который хоть и не остановил пулю, но значительно ее замедлил, одного гвардейца мы бы точно не досчитались. За что теперь Черномор был мне очень благодарен.
— За весь этот бой мы потеряли две единицы бронетехники и три малых защитных артефакта, — подытожил командир гвардии, и снова развалился на диване.
— А еще привезли всё самое ценное в замок. Этот диван, например, — похлопал он по подлокотнику.
— Денег много нашли? — это интересовало меня больше всего.
— Семьдесят пять тысяч, около того, — отмахнулся Черномор. — Сейчас пока всё пересчитывают. Там же вино всякое, украшения. Много чего по мелочи. Книги, вон, продать мож…
— Книги не трогать! Все в библиотеку! — я аж со своего места подскочил. Ничего себе удумали! Книги продавать? Так я их сначала прочту, а потом… Потом они будут лежать на полках и радовать глаз.
— Гм… — снова прогудел Черномор, — Не знаю, зачем тебе столько, там в основном справочники всякие, словари, переводчики… Ладно, — он закряхтел и стал подниматься. — Да, деньги тебе занесут, как только пересчитают.
— Не надо заносить, — махнул я рукой. — Отдай Тимофею, пусть организует строителей. Казарму пусть строят новую.
— Так это… — старик завис на секунду. — У нас ведь есть казарма.
Пока, вроде, не развалилась.
Ага, не развалилась. Там деревянное гнилое здание, в комнатах сыро и холодно, сквозь щели в комнаты аж снег залетает. Так что нет, развалилась она уже лет тридцать назад, если не больше. Прикажу снести ее и поставить каменную, нормальную. С теплыми сухими помещениями, хорошими качественными кроватями, чтобы у гвардейцев был качественный отдых. И конечно, здание должно быть прочным. Выдержать взрывы и прямые попадания артиллерийских снарядов.
Было бы обидно лишиться сразу всей своей армии после первого залпа из пушек. После каждого моего слова брови Черномора лезли всё выше на лоб. Вижу, удивился старик, видимо, редко с ним такое бывает.
— Михаил, я всё понимаю, но у нас сейчас есть более срочные траты, — попытался он отговорить меня. — Бойцы у нас закаленные, крепкие, им это необязательно.
— Кто не заботится о своей армии, будет заботиться о чужой, — улыбнулся я, вспомнив поговорку из своего мира.
