Руки уже отросли, все следы крови давно исчезли. Впрочем, в отрубленных руках тоже крови не осталось. Их теперь не использовать ни для проклятий, ни даже для клонирования. Да, читал недавно о подобных разработках. Очень интересно, но без магии всё равно ничего у них не выйдет. Организм будет получаться неизменно нежизнеспособным.
Решил отправиться спать. Но по пути позвонил Черномору. Старик был очень удивлен, узнав, что на нас напали. И проникли прямо в замок!
Так что до самого утра иногда просыпался, слыша его яростный рев.
Он расставил множество постов, и сам лично проверял их каждый час. Но это не дело. Нам нужно еще хотя бы сто гвардейцев. И закончить, наконец-то, установку камер. Тогда пробраться сюда будет невозможно.
Особняк виконта Бурова
Спустя некоторое время
Мужчина шел по длинному коридору, сжимая в руках серебристый кейс. На его лице была безумная улыбка, а в глазах горел огонек. Видно, что он спешит поскорее открыть посылку.
Впрочем, путь не занял много времени.
Пройдя по коридору, он свернул на лестницу и спустился в подвал. Там сразу завернул в одну неприметную комнатку, и стоило открыть массивную дверь, как ему в лицо ударила волна холода и пара.
Не обращая внимания ни на что вокруг, Буров положил кейс на стол, щелкнул замками и сразу раскрыл его. На его лице улыбка стала еще шире, ведь внутри лежали две кисти рук. Понятно, что без родового перстня, отобрать его таким образом всё равно не выйдет. Оно попросту самоуничтожится, если попытаться.
Теперь мужчина старательно выбирал место, куда закрепить эти кисти рук. Ведь помимо них, все стены были увешаны подобными трофеями. Причем, среди них присутствовали даже женские руки.
— Вот здесь… — тихо проговорил Буров, повесив руки Булатова прямо посередине стены. — Идеально… Никто и никогда не позарится на мое имущество.
Несколько часов мужчина просто стоял и любовался новым трофеем. Улыбка не сходила с его лица, и особенно его порадовало то, что жертва даже не сопротивлялась.
Граф чуть ли не со слезами на глазах вымаливал прощения, трясся всем телом. Он оказался трусом. А калечить таких — одно удовольствие. Это особенно приятно.
Только налюбовавшись пополнением коллекции, мужчина отправился спать. Сон был прекрасный, и до самого утра он спал, словно младенец. Даже во сне улыбка так и не сошла с лица Бурова, и проснувшись в отличнейшем настроении, мужчина отправился собираться в соседний город.
