— Зато я послал.
Столичный особняк графа Златонравина
То же время"
"— Да как так? Как он посмел? — граф готов был рвать волосы у себя на голове. Но вовремя одумался, в эту прическу он вложил денег больше, чем в своих крестьян за последний год. — Откуда там появился этот барон? И каким, вообще, надо быть идиотом, чтобы пойти в вассалы к полудохлому немощному графу?
Мужчина ходил из стороны в сторону, и пытался понять логику произошедшего. Но мысли никак не выстраивались, ведь происходящее казалось бредом.
Сначала какой-то барон начал постоянные вылазки на его земли, пусть и в ответ на агрессивную разведку со его стороны. Но ведь он — граф Златонравин! Ему дозволено куда больше, чем какой-то там деревенщине!
— Я ведь сказал этому Булатову, что приеду из столицы и приведу непобедимое войско! «Костюмы», авиацию, танки! — граф аж слюной брызгал, вскипев от ярости. Тогда как его первый помощник стоял молча в углу и просто слушал. Сейчас лучше ничего не говорить и дать господину успокоиться.
— А он что? Он сказал приезжай! И пообещал встретить! Этот недобиток!
— Господин, со всем уважением хочу сообщить, что он уже не недобиток… — тихо проговорил помощник. — По слухам, граф Булатов вхож в императорский дворец, и его Род начинает крепнуть с удивительной скоростью.
— Плевать… Вот плевать на него, на Архангельск и на его барона. Плевать! — помотал головой граф и уселся в свое кресло, закрыв лицо ладонями. — И я понимаю, что боевые действия шли на границе, затем переместились немного вглубь.
Но… почему фазанья ферма была разграблена? Она же, вообще, в другой стороне!
— Да, господин, отдел аналитики работает над этим. Тоже подумали, что граф, но… Это же глупо. Не будет ведь граф воровать фазанов? Бред же…
Глава 8
— Просыпайся уже! Ну? Михаил! — Вика оказалась крайне настойчивой, и мне пришлось приоткрыть один глаз.
Уже минут пять всеми силами я старался показать, что будить меня нет никакого смысла. Но девушка, которая вероломно проникла в мою комнату, просто так оставлять меня в покое и не подумала.
И как только она ни пыталась привести меня в чувство. Толкала, щипала, даже пыталась пощекотать. Разве что ведро ледяной воды на голову не вылила, но и к этому я, если что, был готов. Отключил большую часть рецепторов, ослабил слух, надеясь продолжить свою глубокую сонную медитацию. Но Виктория оказалась достаточно изобретательной, так что вскоре я почувствовал, как под мою кожу впивается энергия смерти.
