– Не сегодня. Думаю, и ты подойдешь. – Она смотрит на мою грудь. Кажется, карие глаза щурятся сильнее обычного. – Ты без рубашки.
– Тебе повезло.
Она тихо смеется, и когда я поднимаю покрывало, чтобы скользнуть к ней под простыни, я спрашиваю:
– Все нормально?
Она застенчиво кивает головой.
Забираясь под простыни, я осторожно оставляю между нами немного пространства. Ложусь на бок, лицом к ней.
– Еще раз спасибо. За то, что помогла мне сегодня вечером.
– Мне было весело. – Она подкладывает руки под щеку, и между нами остается расстояние в добрый фут.
– Да?
– Да. У тебя все лучше получается притворяться. Возможно, у нас будет реальный шанс провернуть это на свадьбе.
Осознание того, почему сейчас это может стать для меня более естественным, приводит меня в ужас.
– Хорошо, – я коротко улыбаюсь и отворачиваюсь лицом к стене. – Спокойной ночи, Блу.
– Спокойной ночи. – Она глубоко выдыхает, и я чувствую, как прогибается кровать, когда она тоже поворачивается.
Мне нужно выспаться.
Завтра у меня игра, и чем быстрее я смогу заснуть, тем скорее закончится эта поездка. Я знаю, что должен с нетерпением ждать окончания этого вечера, чтобы переориентироваться на цель этого фарса – доказать, что могу быть хорошим лидером и вывести команду в плей-офф, но я не хочу, чтобы вечер заканчивался. Мне нравится, что люди верят, что она моя. Нравится находиться с ней в одной постели.
Переворачиваясь на спину, я мельком вижу светлые волосы Инди, рассыпавшиеся каскадом по подушке.
Она лежит ко мне спиной. Настоящая пытка, когда она так близко, но при этом я стараюсь сохранить границы: она моя соседка по квартире и лучшая подруга сестры."
"Инди тоже переворачивается на спину, и в этот момент ее рука случайно попадает в мою раскрытую ладонь между нами, но она мгновенно отдергивает ее, и нас захлестывает волна неловкости. Мы прикасались друг к другу и обнимались на публике, но это другое. Здесь нет свидетелей, и, следовательно, это больше не притворство.
Мы просто соседи по квартире, у которых технически нет причин для физического контакта.
В комнате повисает тяжелая тишина, не такая, когда двое людей пытаются заснуть, а такая, которая гудит от предвкушения, потому что мы оба осознаем, насколько мы бодрствуем.
Проходит мгновение, и Инди нерешительно вкладывает свою руку обратно в мою. Ладошка мягкая и маленькая, и я сжимаю пальцы, прежде чем она успевает снова убрать руку.
