Он крепко прижимает ее к себе, и мы продолжаем наш тур.
– Домашняя раздевалка, – говорит Зандерс, и внезапно я осознаю, что по другую сторону этих дверей находится Райан.
Идея увидеть его в том месте, где он больше всего преуспевает, занимала меня весь день. Мало того, что он заинтриговал меня во всех других аспектах жизни, теперь у меня есть привилегия, сидя в первом ряду, наблюдать, как он становится лучшим в своем деле. Это не значит, что я намерена раздувать из мухи слона.
Я проснулась, закинув ногу ему на бедро, он крепко держал меня, зарывшись носом в мои волосы.
Когда мы отстранились друг от друга, по телу прокатилась волна неловкости, но я не буду врать, это была лучшая ночь сна за последние месяцы.
Теплая кожа. Обнаженная широкая грудь. Властные, но нежные руки.
В нем есть все, чего я никогда раньше не видела в мужчине, и все, чего я отчаянно хочу, но как только мы этим утром вернулись домой, он схватил свою сумку и умчался на утреннюю тренировку, полностью сосредоточившись на баскетболе.
С тех пор я его не видела.
Зандерс ведет нас по подземным туннелям арены, куда нет доступа простым болельщикам. Полагаю, это привилегия вице-капитана действующих чемпионов Кубка Стэнли.
И впервые за много дней у меня в голове всплывает Алекс. Это происходит быстро и неожиданно, мне до сих пор больно о нем думать. Ему бы здесь понравилось. Алекс – большой фанат спорта, особенно наших местных чикагских команд, и назовите это ребячеством или мелочью, но лукавая улыбка скользит по моим губам при мысли, что здесь прохожу я, а не он.
Когда мы выходим из туннеля на площадку, арена оглушает, отчасти из-за болельщиков, которые взволнованы игрой, но в основном потому, что они мгновенно узнают Зандерса. Нетерпеливые болельщики перегибаются через ограждение, выкрикивая его имя, подбадривая, надеясь прикоснуться к нему или получить его автограф. Странно видеть это с такой стороны. Для меня Зандерс и остальные игроки «Рапторс» – обычные ребята, на которых я работаю, а не идолы, которые наконец-то вернули Чикаго чемпионство.
"
"Даже когда мы занимаем свои места, болельщики, имеющие доступ на площадку, все равно подходят к Зандерсу, пока на корте разминаются две баскетбольные команды.
– Какое безумие, – шепчу я Стиви. – Это всегда так?
Она пожимает плечами:
– Это самое худшее. Его узнают в Чикаго, но это не сравнить с сотнями поклонников на арене.
– Тебя это не утомляет?
– Немного.
