– Я побуду в коридоре.
Как только Стиви закрывает за собой дверь, Райан пожирает меня глазами, задерживаясь взглядом на моей рабочей форме.
– Что ты здесь делаешь?
– Зандерс рассказал мне, что произошло.
– Но почему ты здесь?
Его сине-зеленые глаза умоляют, умоляют меня дать ему правильный ответ. Потому что, кроме его сестры, рядом с ним в этом коридоре нет ни единой близкой ему души. Они все здесь ради игрока, а не ради человека.
Как только я открываю рот, чтобы ответить, дверь открывается, и внутрь проскальзывает мужчина в белом халате, за ним Стиви и, как я предполагаю, врач команды.
Они протискиваются через дверь, быстро оставляя позади царящий в коридоре хаос.
Стиви обходит кровать Райана с противоположной стороны от меня, пока доктор выводит снимки МРТ на загоревшийся сзади экран. Мы все смотрим на снимки, как будто у нас есть хоть какое-то представление о том, что мы хотим увидеть. Даже прищурившись, я ничего не могу разобрать на черно-белых изображениях.
– Итак, это ваше колено…
Доктор начинает свою речь, но я случайно прерываю его, когда чувствую, как рука Райана тянется к моей, свисающей рядом с его кроватью.
Оглядываясь назад, я наблюдаю, как он переплетает наши пальцы, не сводя при этом внимания со своего врача.
Я слегка сжимаю его в знак ободрения, прежде чем снова сосредоточиться.
– Как вы можете видеть вот здесь, – он указывает на определенную часть изображения, – передняя крестообразная связка растянута, но видимых разрывов нет.
Райан издает глубокий вздох облегчения, откидывая голову на кровать и закрывая глаза.
– Это первая степень, но вам очень повезло. Если бы не сила ног, мы бы столкнулись с полным разрывом, операцией, травмой до конца сезона. Вам нужно быть осторожным.
Райан быстро кивает в знак согласия, прежде чем к делу приступает врач команды.
– Мы рассчитываем на три-четыре недели твоего отсутствия на площадке, если будешь соблюдать надлежащий режим. Мы будем заниматься физиотерапией каждый день. Я составлю план лечения, так что тебе не придется думать ни о чем, кроме возвращения на площадку.
Я смотрю на Райана сияющими глазами. Это хорошая новость, но он, похоже, относится к ней иначе. К нему возвращается суровое и стоическое выражение лица.
– Месяц?
– Месяц, – подтверждает его врач.
В палате повисает тяжелая тишина.
Райан высвобождает свою руку из моей.
– Теперь я могу идти домой?"
"Присутствующие обмениваются нервными взглядами, прежде чем вмешивается Стиви.
