Я рожала его в воде, поэтому он у нас с первых секунд жизни был пловцом.
Шелли на секунду замолкает, касаясь пальцами кулона на шее.
– После его смерти я как-то само собой стала приходить в наш местный бассейн. Просто садилась на скамейку и сидела. Жарко, влажно, а я слушаю, как плавают, как дети в воде плещутся. А потом взяла и решила: поплыву. И теперь почти каждый день плаваю. Там особенно чувствуешь, что Дилан рядом.
В выражении её лица что-то меняется, даже во всём её теле – будто внутри её гасят свет. У Шелли столько радости, столько сил, – как это у неё получается, мне не понять.
Но что-то я всё же понимаю – эту боль, которая как ножом режет её, стоит только вспомнить о Дилане.
– А сколько проплыть надо? – спрашиваю я.
– Тридцать три километра.
– Ого, – восхищается Джейми, не забывая снова набить рот.
– Это где-то тысяча бассейнов. Но у меня подготовка идёт поэтапно, чтобы без травм. Время ещё до августа есть, поэтому я пока не волнуюсь. Но вот через пару месяцев начнутся тренировки в открытом море, посмотрим, каково мне будет.
– Офигеть просто.
– Спасибо, – кивает Шелли. – Хорошо, когда есть что-то полезное, на что можно направить силы. Я ещё веду сбор средств для разных благотворительных организаций: одна – это фонд, финансирует исследования в области лечения лейкемии, а другая помогает тем, кого постигла утрата. А ещё летом будет проходить благотворительная акция – соревнование по лучшей готовке на гриле, музыка будет, лотерея. Приходи обязательно.
Джейми головой так и кивает, вверх-вниз, улыбается, смотрит на Шелли, от восхищения глаза широко раскрыл.
– Может быть, приду. – Зачерпываю ещё еды, но вкуса не чувствую, одна горечь во рту. В желудке словно спазм, едва не выплёвываю кусок обратно. Быстро перевожу взгляд с Джейми на Шелли и обратно. Мой сын в последнее время был такой тихий, так глубоко ушёл в себя, но с Шелли он такой, как раньше."
"Мне бы успокоиться, даже порадоваться, что Джейми, как я, нашёл в Шелли друга. И я рада, конечно, но почему он на меня-то так не смотрит, такими же горящими глазами, почему не думает, какая я крутая? А просто я не крутая совсем.
Поломанная. Ты меня, Марк, поломал.
Снова меня накрывает приступ усталости, и я едва держусь, чтобы не уснуть. Мысли застилает серый туман.
Глава 15
Стенограмма опроса пациента. Присутствовали: Эллиот Сэндлер (Э.С.); Тереза Кларк (Т.К.) (пациент Оклендской больницы, отделение Хартфилд)Вторник, 10.04. Сеанс № 1 (продолжение)
Э.С.
