Коридор шатается из стороны в сторону, будто лодка на беспокойных волнах. Вот только движутся не стены, не потолок, а я. Это я шатаюсь. Обеими руками держусь за стену, ступая поочерёдно босыми ногами и стараясь не упасть от головокружения.
Где-то на задворках сознания паника: что-то со мной сильно не так. Но эта мысль скрыта густой пеленой тумана.
Наваливаюсь всем весом на дверь комнаты Джейми и только тогда слышу её голос и как сладко она поёт колыбельную.
Открываю дверь. От голубого ночника на фоне коридорного мрака режет глаза, моргаю, пытаясь приглядеться.
Шелли сидит у Джейми на краю кровати. Глазки у сына закрыты, но непонятно, спит он или нет.
В приглушённом свете ночника её лицо словно ангельское, любящими глазами она смотрит на нашего мальчика и снова поёт.
Спи, мой маленький, прекрасный, баюшки-баю,Никогда не сомневайся, что тебя люблю.По какой дорожке только, зайчик, ни пойдёшь,Подниму тебя на ножки, если упадёшь.Буду я с тобою рядом всюду и всегда,Выручу тебя, мой милый, если вдруг беда.
Никогда не сомневайся, что тебя люблю,Спи, мой маленький, прекрасный, баюшки-баю."
"Мелодия завораживает, и, очарованная ею, я просто замираю на месте. Потом слова просачиваются наконец в моё сознание, и я, видимо, издаю некий всхлип, потому что Шелли резко поворачивает голову и в её глазах больше нет любви, а есть что-то мрачное, ненавидящее.
Я снова понимаю, что что-то со мной не так. Но теперь это осознание не скрыто от меня дымкой сонливости, нет, оно смотрит на меня прямо в упор чёрными глазами, и комната каруселью кружится вокруг.
Рукой я пытаюсь нащупать дверной проём, но вместо него нащупывается только пустота, и я лечу вниз в набившее оскомину беспамятство.
Снова просыпаюсь, но теперь это не меня что-то вытягивает из сна, а сама я из него выкарабкиваюсь усилием воли. Мысли одурманены, воспоминания о прошлой ночи кажутся сном.
Во рту всё пересохло, глотать неприятно. Касаюсь пальцем губ: потрескались, болят.
Оглядываюсь, ищу, что бы попить.
Нахожу только свой телефон на прикроватной тумбочке. Тянусь к нему рукой и чувствую, что она одеревенела, что её ломит. А на экране сообщение от Шелли:
Тесс, приветик, спасибо тебе ещё раз, что оставила поспать на диванчике. Вечер был классный! Прости, ушла пораньше. До работы надо успеть поплавать)) А ты мне не говорила, что ходишь во сне. Под утро встаю, а ты наверху бродишь.
В конце – поцелуй и эмодзи: смеющееся лицо, у которого из глаз брызжут слёзы.
