Джейсон начал понимать, что сейчас происходит. Эта женщина рассказывала о Нем. «Альфа, Браво, Кейн, Дельта… Кейн для Чарли и Дельта для Кейна… Джейсон Борн был убийцей по имени Кейн…»
Оставался последний вопрос, который мучил его, и ответ на который, как он думал, он нашел в Сорбонне два дня назад. Марсель, 23 августа.
— А что произошло в Марселе? — осведомился он.
— Марсель? — переспросила она. — Как вы могли? Кто сказал вам эту ложь?
— Только скажите мне, что там произошло.
— Вы, конечно, имеете в виду Леланда.
Это был всем известный посол, за смерть которого уплачено по контракту, который заключил Карлос.
— А что, если я вам скажу, что есть люди, которые считают, что к этому убийству причастен Кейн?
— Это он хочет, чтобы все так думали! Это его манера украсть убийство у другого! Этот контракт не имел никакого отношения к Кейну. Он только хотел показать нашему окружению, что он везде может быть первым и выполнить работу, деньги за которую получил Карлос… Но он не сделал этого, вы же знаете.
С убийством Леланда у него ничего не вышло.
— Но он был там.
— Его заманили в ловушку. По крайней мере, с тех пор его ужу не было видно. Труп Кейна не был найден, и поэтому Карлос в это не поверил.
— Как, предполагают, он был убит?
Она резко мотнула головой."
"— Двое людей на побережье залива взялись за эту работу и даже получили кредит. Одного из них больше никогда не видели и, как полагают, его прикончил Кейн, если это был он. Эти люди были из тех отбросов, каких можно найти только в доках.
Они хотели заманить его в «шлюпку». Но ни этого траулера, ни шкипера никто больше не видел. Как и не было даже малейшего описания внешности Кейна. В любом случае конец был таков. «Ты не права. Все еще только начинается, для меня, по крайней мере». — Теперь я вижу, — произнес Борн, стараясь придать голосу естественный оттенок, — что наша информация значительно отличается от вашей. Мы сделали выбор исходя из того, что мы считали хорошо известным.
— Неверный выбор, месье.
То, что я вам рассказала, вот это настоящая правда.
— Теперь я это понимаю.
— Ну, а в таком случае мы можем договориться о компромиссе?
— Почему нет?
— Хорошо, — Жакелина поднесла бокал к губам. — И вы увидите, что это будет устраивать всех.
— Теперь… Это уже не столь важно, — его едва было слышно и он знал это. Что он сказал? Что он только что сказал? Туман вновь подступал к нему со всех сторон, грохот взрывов усиливался, боль возвращалась.
