— Я полагаю… Я полагаю, как вы сказали, это будет лучше для нас всех, — он ощутил ее пытливый взгляд. — Да, это весьма обдуманное решение. — Конечно… Вам плохо?
— Я уже сказал, что со мной все в порядке. Это пройдет.
— А теперь, можно я отойду на минутку?
— Нет! — Джейсон схватил ее за руку.
— Но, пожалуйста, месье. Мне надо немного привести себя в порядок. Если хотите, то можете постоять у двери.
— Нам надо уходить. Вы можете сделать это по пути, — Борн подозвал официанта, чтобы расплатиться.
— Как вам угодно, — промолвила она, продолжая за ним наблюдать.
Он стоял в темном коридоре, который слабо освещался двумя лампами под потолком. Вдоль прохода располагались двери туалетных комнат, за одной из которых скрылась Жакелина Лавьер. Она отсутствовала уже почти десять минут, хотя он мог и потерять счет времени, так как пронизывающая его боль не позволяла ему сосредоточиться. Прошлое, о котором он только что узнал, стояло перед ним, как кошмарный сон.
«Кейн… Кейн… Кейн!»
Он покачал головой и взглянул на темный круг, изображенный на каждой двери.
Необходимо было принимать решение.
«Мари, Мари… Боже мой! Мы были так неправы!»
Но где же Жакелина Лавьер? Он всмотрелся в глубину коридора. Почему она не выходит. Неожиданно возникла слепящая вспышка света. Он резко повернулся, закрывая глаза руками. Боль не стихала! Его глаза видели только огонь!
И тогда он услышал голос, переходящий в легкий смех:
— В память о вашем обеде в «Аржентале», месье, — это была девушка с камерой и фотовспышкой. — Фотография будет готова через несколько минут.
Борн старался следить за собой, так как понимал, что не может разбить эту камеру. Ужас происходящего пронзил его.
— Зачем она мне?
— Ее заказала ваша подружка, месье! — воскликнула девушка, кивая на дверь туалетной комнаты. — Мы там поговорили внутри. Вам очень повезло с таким выбором. Она просила передать вам это. — Девушка протянула ему свернутую записку. Джейсон развернул ее, когда она уже направлялась к выходу из ресторана:
«Ваша болезнь беспокоит меня, видимо так же, как и вас, мой новый друг.
Может быть, вы тот, за кого себя выдаете, а может быть и нет. Я получу верный ответ через полчаса. Фотография уже на пути в Париж. И вам не удастся ее перехватить. Потом мы сможем поговорить с вами по поводу нашего компромисса, но это, когда появятся мои помощники.
Говорят, что Кейн, как хамелеон, принимает разные облики, всегда очень естественные и убедительные. Говорят также, что он склонен к смене настроений.
