Я пока ничего не сказал.
Де Анжу улыбнулся.
— У тебя нет ничего, что можно было бы сообщить по этому вопросу. Но я все же жду твоих вопросов, Дельта.
— А думал, что это Бержерон. Жаль."
"— Может быть, а может и не быть. Для меня это уже не имеет значения. Через несколько дней я собираюсь вернуться в Азию.
В глазах Джейсона неожиданно возник изможденный облик генерала Вилье. Он вспомнил свой долг перед старым солдатом и понял, что у него нет права терять возможности узнать правду.
— Когда в это дело была втянута жена Вилье?
Брови де Анжу изогнулись.
— Анжелика? Да, конечно, ты ведь называл парк Монсю, не так ли? Когда?
— Рассказывай! — настаивал Борн.
— Видел ли ты ее достаточно близко? Я имею в виду ее кожу?
— Да, я был от нее достаточно близко. Она имеет весьма своеобразный оттенок. Скорее всего это похоже на загар.
— Она постоянно поддерживает свою кожу в таком состоянии. Ривьера… Греция… Коста дел Сол. Она никогда не была без загара. Это служит прикрытием того, кто она на самом деле.
Для нее не существует зимнего или летнего цвета рук или ног. Цвет ее кожи всегда одинаков, независимо от того, посещает или не посещает она фешенебельные курорты.
— О чем ты тут толкуешь?
— Хотя очаровательная Анжелика Вилье и считается парижанкой, то на самом деле она испанка, а если точнее — она из Венесуэлы.
— Санчес… — проронил Борн.
— Да. Среди немногих, кто говорит о подобных вещах, считается, что она кузина Карлоса, его первая любовь с младых лет. Возможно, что это слухи или досужие домыслы, но тот факт, что он заботится о ней, как ни о ком на свете, бесспорен.
— А Вилье выполняет роль трутня?
— Терминология из арсенала «Медузы», Дельта. Да, Вилье трутень. Карлос очень умело внедряет свои щупальца в государственный аппарат, включая и отделы, занимающиеся его собственной персоной.
— Блестящее решение! — восхитился Борн. — Оно немыслимо для окружающих.
— Абсолютно!
Борн подался вперед, резко меняя тему разговора.
— Тредстоун, — произнес он, сжимая обеими руками стакан.
— Расскажи мне о Тредстоуне 71.
— Что я могу тебе рассказать?
— Все, что знают они. Все, что знает Карлос.
— Не думаю, что у меня получится целый рассказ. Я слышал лишь отдельные клочки разговоров, ведь меня использовали чаще, как консультанта по делам «Медузы».
— Что ты слышал? Что у тебя сложилось из этих клочков?
— Что я слышал и сложил из этих клочков, все это дает весьма неполное представление.
— Рассказывай, что знаешь.
