Иди за мной (СИ)

Я уже почти ничего не соображал, когда ноги коснулись твёрдого дна, и кто-то подхватил меня.

Тяжело дыша, Кит выбрался на мель и потерял сознание. Рофальд и Ларион подхватили его и вытащили на берег. Волосы мокрыми прядями облепили лицо. Я откинула их. От ледяной воды Кит стал белый-белый с синими губами, но дышал. Живой! Несколько нескончаемо долгих минут мы пытались привести его в чувство. Кит открыл глаза, но, казалось, он ещё не до конца очнулся.

— Кит, — я тихонько позвала его и провела пальцами по холодной щеке.

Он, наконец, пришёл в себя, мокрый, дрожащий, то ли от холода, то ли от пережитого напряжения, попытался улыбнуться.

Я молчала, боялась, что если скажу хоть слово, то разревусь.

— Чудовище? Где? — еле слышно спросил Кит.

— Твоя зверушка уплыла, — с напускной веселостью ответил Ларион. Он стоял на коленях рядом с Китом и поддерживал его голову.

— И всё? Даже не пошутишь по этому поводу? Не съязвишь, не съехидничаешь?

— Не имею желания шутить, Кит. Ты нас так напугал. Больше так не делай. Если умрёшь раньше меня, ты мне больше не друг и я тебя не прощу.

Амелия совершенно не почтительно ткнула Лариона в бок и укоризненно посмотрела. Кит с трудом сел.

— Хватит разговоров! — грубо рыкнул Рофальд. — Нам надо срочно уходить: Киту нужно в тепло, и неизвестно, была ли та тварь здесь единственной. — Он снял с Кита мокрую куртку и одел на него свою.

Ларион и Рофальд помогли Киту подняться и поддерживали в дороге. Ему еле хватало сил. Мы спешили как могли, но идти быстро не получалось. Кит в мокрой одежде дрожал всё больше.

Я накинула на него свой плащ. Он попытался протестовать, но я и слушать не стала. На холм мы взбирались целую вечность. Спуск тоже доставил много проблем. Я сама умудрилась свалиться и разодрать коленку. Становилось теплее, но Кита всего трясло. Занемелыми пальцами он сжимал куртку на шее, пытаясь согреться. Мы с Амелией побежали в лагерь разжигать костёр и греть воду, пока остальные брели следом.

Все вертелись и суетились вокруг Кита, пытаясь поддержать словом или делом.

Я сидела рядом с ним, и никакая сила в мире не могла сдвинуть меня с этого места. Кит, до самой макушки замотанный во все плащи и одеяла, что у нас были, глядел на меня, как лисица из норы, только глаза лихорадочно блестели. Лишь бы не заболел. Я прикоснулась к его лбу, проверяя нет ли жара. Кит с готовностью, как будто только того и ждал, прижался лбом к моей ладони и прикрыл глаза.

— У тебя руки прохладные. Так приятно.

— Ты заболел. Жар поднимается.