Тянусь к сладким губам, слегка прикасаюсь, но не целую — пью её дыхание, и это лучше, чем секс, это близость на ментальном уровне, от которой меня ведет. Она со стоном выдыхает, и во мне что-то взрывается, разнося по телу жар.
— Моя девочка…
Сам не понимаю, что шепчу ей в губы — слова вырываются сами собой. Блуждаю по ее телу руками, ласкаю, вжимая ее в себя сильнее, чтобы почувствовала, как меня возбуждает.
Алиса приходит в себя, дергается и дает мне обжигающую пощёчину, вздрагивая от силы удара. Мне не больно, меня — больного пресытившегося извращенца — это возбуждает еще больше.
Но я перехватываю ее руку, не позволяя ударить еще раз.
— Отпусти! — шипит, словно кошка. — Не смей меня трогать! — в голосе ярость, ненависть и боль. Алиса впивает ногти в мои плечи, царапая через ткань.
— Тихо, тихо, тихо, куколка. Согласен, я мудак, — ухмыляюсь ей в лицо.
— Отпусти! — повышает голос, стреляя злыми глазами, а меня это заводит. В ее синем океане буря, которая завораживает. В них столько эмоций и страсти! Безразличием и не пахнет.
И это вкусно, сладко и чертовски горячо! — Иначе я буду кричать! — трепыхается, пытается меня оттолкнуть, естественно, потираясь о мое тело. Чувствует, мой уже каменный член и замирает.
— Да, куколка, это опасно, — усмехаюсь я и тянусь к ее губам, слегка прикасаюсь и замираю, ожидая сопротивления, но, как ни странно, девочка позволяет ее поцеловать. — Ах ты лиса, — посмеиваюсь ей в губы. — Нравится играть? — Крышу сносит напрочь, ее близость дурманит, и меня даже немного потряхивает от остроты ощущений.
Провожу по ее губкам языком, слегка всасываю нижнюю. — Позволь мне сгладить все, что было в прошлом. В этот раз тебе понравится, — хрипло шепчу я и набрасываюсь на ее рот. — Сука! — вскрикиваю и отстраняюсь, когда Алиса неожиданно со всей силы вонзает зубки в мою губу и прокусывает ее в кровь.
Боль и металлический привкус отрезвляют, вынуждая отстраниться. Девушка выворачивается из моего захвата.
— Мое прошлое уже никогда не сгладить! — с ненавистью кидает она мне и показательно вытирает губы, словно ей противно.
— Не смей больше ко мне приближаться!
Алиса открывает дверь и убегает, оставляя меня одного. Меня сносит от ее эмоций, гнева и ненависти. Утираю со рта кровь и усмехаюсь, облокачиваясь на стену. Ненависть — это тоже очень сильная и жгучая эмоция. Это не безразличие, люто ненавидят только тех, кто западает в душу.
* * *День боя. И вроде всё, как обычно, но я чувствовал, что для длительного поединка не готов.
