Ее родители всегда спали раздельно. Мамина комната располагалась вблизи детской, поэтому дойдя до нее всего лишь за несколько секунд, Мике внезапно замерла на месте, заметив в отдалении своего отца, крепко прижимающего к стене мамины руки.
– Ты никогда не сможешь уйти от меня, Мелисса! У меня договор с твоим отцом. Все слишком далеко зашло, чтобы ты смогла так просто убежать к своему любовнику. – Грозно прорычал он, не замечая стоящую за спиной дочь. – Сделаешь это, и я убью вас обоих.
Невольно вздрогнув от услышанных слов, Мике шумно вздохнула, невольно привлекая к себе всеобщее внимание родителей.
Резко оглянувшись на стоящего в пижаме ребенка, Лукас растянул губы в вынужденной улыбке.
– Иди спать, малышка. Нам с мамой нужно поговорить наедине.
Грубо впихнув жену в ее же собственную комнату, отец запер широкие двери, оставив в тускло освещенном коридоре ничего не понимающую дочь.
Вернувшись в детскую, Микелина всю ночь проворочалась в постели, то и дело размышляя, почему папа вернулся и как же они теперь с мамой смогут сделать ему сюрприз?
Когда же за окном уже вовсю светило утреннее солнце, Мике поспешно переоделась в легкое, фиолетовое платьице, со всех ног кинувшись навстречу новым приключениям.
Однако, как оказалось, двери маминой комнаты до сих пор были крепко заперты. Громко постучав, она с радостью услышала звук открывающегося замка. Приготовившись к таинственному отбытию, Микелина пораженно увидела застегивающего рубашку отца.
– Привет, малыш. – Заметив дочь, ласково улыбнулся он.
– Сегодня чудесный день. Может, погуляем с тобой на улице? Зайдем в кафе или ещё в какие-нибудь интересные места?
Согласно кивнув удаляющемуся мужчине, девочка не спеша вошла на порог маминой спальни.
Заметив под белой простыней широкой кровати неподвижную женскую фигуру, она осторожно подошла ближе.
Ее мама молчала. Глаза больше не светились тем невероятным свечением вчерашнего дня. Наоборот, вместо безграничного счастья в них теперь виднелись непролитые слезы неодолимого отчуждения и грусти.
– Мама? – Подойдя к постели, взволнованно прошептала испугавшаяся дочь. – Мамочка?
Будто только что очнувшись, зеленые зрачки резко дернулись в сторону, пронзая остановившуюся перед ней девочку своим колким взглядом.
Мике похолодела от нахлынувшего на нее чувства ненавистного презрения.
– Ты предала меня. – Хрипло произнесли искусанные в кровь губы. – Это был мой последний шанс на счастье. Он больше никогда не приедет.
