Игра контрастов

Да уж, она не переставала его удивлять.

- А зачем тебе такое старьё? – откашлявшись, спросил он.

- Если не сможешь, значит, не сможешь, так бы и сказал сразу, - удовлетворённо хмыкнула Аня, складывая руки на груди.

- Я не говорил такого, - покачал головой Макс. – Через три дня вилка будет у тебя. Я интересовался иным, разве ты не заметила?

- Это - заметила, - кивнула Аня, поднимаясь с места. – Можешь считать, что от радости я не заметила другого, а именно твоего сарказма. И соответственно, собираюсь ответить на вопрос о старье, когда у меня будет запчасть.

Вернее, если будет.

Макс фыркнул, тоже вставая из-за стола и не замечая, как Рома и Саша в полном молчании переводят взгляды с Максима на Аню.

- Через два дня, - отчеканил он, опираясь руками на столешницу. – Она у тебя будет через два дня.

- Если я скажу ещё раз, что сомневаюсь, ты привезёшь мне её уже завтра?

Макс на секунду задумался и покачал головой.

- Нет. Через два дня.

- Хорошо. Я не каждому предлагаю сделать всё быстрее.

- А я не каждой отказываю.

- Приятно быть не каждой.

- Взаимно.

Повисла пауза, во время которой Макс и Аня так и продолжали стоять друг напротив друга, обмениваясь колючими взглядами.

- Кто-нибудь мне может объяснить, что такого в этой вилке? – раздался неуверенный голос Романа.

Саша фыркнула и рассмеялась, прикрывая рот ладонью.

- Если бы всё дело было только в вилке, вряд ли бы наш Макс так торопился, - вынесла она свой вердикт, и где-то глубоко внутри Максим был с ней совершенно согласен.

Чёрное и белое, кислое и сладкое, боль и наслаждение.

Такие контрасты нужны для того, чтобы понять всю прелесть жизни. И оценить её. Я никогда не интересовался женщинами. Нет, вру, конечно, интересовался. С ними был классный секс, потом мы разбегались. Прости-прощай, любить не обещаю. И всё. Никакого иного интереса для меня они не представляли. Есть ещё девчонки-друзья, но с ними я предпочитаю не доводить дело до постели. Были и тут исключения. Пару раз. Но особого кайфа я тогда не испытывал.

К чему я это веду?

Макс задумался, на секунду отложив ручку и взяв лежащую на пепельнице тлеющую сигарету.

Глубоко затянулся, удерживая дым в лёгких и вновь беря ручку. Он и сам не знал, почему, но ему становилось легче, когда он садился вот так один, брал в руки дневник, курил и писал. Словно кто-то раскладывал по полочкам то, что находилось в голове в полном беспорядке. Ещё со вчерашнего вечера он понял, что с ним творится что-то неладное. И причиной этого была Аня.