Ты понимаешь? Я руку набила на таких анализах, я же их для всех округов Москвы делаю. И могу тебе сказать точно: в Городе одна мафия. Только одна. Но зато настоящая. Не организованная группа нахалов со стволами, а мощная структура, купившая на корню все органы власти и управления. Не исключено, что и органы внутренних дел. Даже наверняка, если это настоящая мафия. И вот что мне приходит в голову. Если убийство Алферова не «московское», а, так сказать, «местного розлива», то его не раскроют никогда. Все наши с тобой жалкие попытки что-то предпринять приведут только к одному: у ребят из розыска будут неприятности.
Они все могут быть поголовно честными, достаточно лишь одного купленного мафией начальника – и он перекроет им кислород. Они здесь живут своей жизнью, она как-то устоялась, она всех устраивает, народ, по-моему, всем доволен. И вот появляемся мы с тобой и начинаем путаться под ногами. И пользы от нас никакой, кроме вреда.
– А если убийство все-таки заказное?
– Ты сам-то веришь в это?
– Если честно, то теперь уже не очень.
Ребята три дня бьются, без халтуры, как следует – и ничего, ни малейшего намека. А жизнь показывает, что в этих случаях «намек» просвечивается уже в первые сутки. Другое дело, что раскрыть практически невозможно, но сам факт «заказа» бывает очевиден.
– Есть еще один вариант. Убийство Алферова – не заказное, но и не дело рук местной мафии. Некий случайный эксцесс. Может быть, твой Головин недалек от истины, и все дело в этих дурацких пари. Только не с моим участием.
А может быть, в Городе завелась какая-то преступная группировка, не связанная с главной мафией, и бедный Коля совершенно случайно наступил им на мозоль. Тогда у нас есть шанс раскрыть преступление и не сломать при этом руки-ноги ни себе, ни местной милиции.
– Ну, ты даешь, Аська! – Коротков остановился и повернул Настю к себе лицом. – Не далее как вчера ты меня уверяла, что не хочешь иметь дело с Городским уголовным розыском, что ты на них обижена. А сегодня печешься об их благополучии, словно они тебе лучшие друзья и родные братья.
Что с тобой? Простила или передумала?
– Не простила и не передумала. Но это совершенно разные вещи, Юрочка. Мои личные взаимоотношения с Сергеем Михайловичем и его ведомством – это вопрос несходства характеров и мировоззрений. Я ему не подчиняюсь, я нахожусь в отпуске, и меня очень трудно заставить им помогать, если я сама не хочу. Ну разве что официально отозвать из отпуска и отдать приказ на уровне высокого начальства.
