Это была не только талантливая режиссерская работа, но и необычная, интересная музыка и великолепное исполнение. Если бы можно было ограничить общение с Дамиром обсуждением его работ, это было бы просто отлично, как раз то, что ей, Насте, надо: заниматься анализом, обсасывать всякие нюансы, выводить закономерности. Но смешно надеяться, что он на это пойдет.
Что-то мешает ей думать. Какие-то посторонние звуки, что ли? Она остановилась, прислушалась. Нет, все тихо. Откуда эта тревога?
В нескольких шагах впереди она увидела неподвижную фигуру на скамейке.
Подойдя поближе, узнала своего неудачного поклонника, предлагавшего деньги. Как его назвал Павел? Кажется, Николай.
– Добрый вечер, Николай, – весело сказала она. – Нашли, кому подарить свои лишние пятьдесят тысяч?
– Не нашел, – так же весело признался он, нимало не смущаясь. – Присаживайтесь, покурим вместе. Я на вас вчера стольник проиграл, а сегодня его обратно выиграл. Так что я не внакладе.
– Это как? – удивилась Настя, усаживаясь рядом и доставая сигареты.
– Вчера ставка была сто тысяч, и я их с позором проиграл. А сегодня за вас давали уже двести, Пашка продулся, и его двести тысяч мы разделили с партнером.
– Ничего себе, – присвистнула Настя. – А если завтра найдется еще один камикадзе, желающий попробовать укротить меня, строптивую?
– Для следующего ставка – четыреста. Цена растет пропорционально сложности задачи. По-моему, справедливо.
– По-моему, тоже.
Кто же придумал эту гениальную систему? Женя? Или Павел?
– Женя. Погодите, а разве вы с Женькой знакомы?
– А как же. Он еще до того, как втянул вас в это мероприятие, пытался со мной познакомиться. Не огорчайтесь, Николай, у него тоже ничего не вышло.
– То-то я смотрю, он сам не берется, а все про вас выспрашивает и у меня, и у Пашки. Прямо душу всю вытрясает: как повернулась, да на кого посмотрела, да что сказала. Ну, жук, ну, пройдоха! А ведь и словом не обмолвился.
В аналитической машине что-то сработало, яркая вспышка пробежала по проводам, приводя в движение диски и шестеренки. Настя подскочила как ужаленная.
– Мне пора, извините. Спокойной ночи, Николай.
Она быстро пошла по аллее. Тут же следом за ней из-за деревьев метнулась бесплотная тень, но Коля Алферов ее не заметил. Он пошарил рукой по скамейке в поисках брошенных рядом перчаток и наткнулся на сигаретную пачку, оставленную Настей.
