Схватив ее, он побежал в ту же сторону, куда ушла Настя, и уже открыл было рот, чтобы окликнуть ее, когда увидел в дальнем конце аллеи высокую мужскую фигуру. Мужчина громко закричал:
– Настя! Анастасия! – и замахал рукой.
Коля видел, как голубая куртка приблизилась к мужской фигуре, как тот властным жестом обнял Настю за плечи, прижал к себе и повел в сторону корпуса. Он машинально сунул чужие сигареты себе в карман и в этот момент услышал странный звук – не то хрип, не то сдавленный кашель и прерывистое дыхание.
Кинувшись на звук, Алферов раздвинул кусты и лицом к лицу столкнулся с человеком, которого меньше всего ожидал увидеть.
– Ты?! Как ты здесь…
* * *"
"Женя Шахнович собирался к Старкову на очередной доклад. Наконец-то ему есть что рассказать. Четыре месяца ожидания не прошли даром. Что-то начало высвечиваться.
Он был доволен, что правильно «вычислил» рыженькую девчушку с веснушками. Двухкомнатных люксов в «Долине» было десять, держать их все под контролем было физически невозможно, а ведь таинственный Макаров, если когда-нибудь появится, будет жить в шикарных апартаментах.
Рыженькая жила как раз рядом с одним из люксов на втором этаже, и именно в этот люкс приходила загадочная Каменская, которая всех сторонится и ни с кем не общается. Значит, он на правильном пути.
Кроме того, вчера наконец появились машины с иногородними номерами. Женя старательно переписал все номера и марки автомобилей. Правда, почти все машины, кроме одной, в течение часа уехали.
Все происходило совсем не так, как описывал Старков, когда давал ему задание. Но это и понятно, Старков ведь тоже получил информацию через третьи руки. Было бы странно, если бы она по пути не претерпела никаких изменений. Зато теперь Женя знает точно, как это происходит. Знать бы еще, что происходит. Но всему свой черед.
Женя посмотрел на часы: скоро полночь. Старков ждет его в час тридцать, время еще есть. Женя жил в служебной квартире в небольшом трехэтажном домике прямо на территории санатория.
Это было удобно всем: Жене, потому что оправдывало его постоянное присутствие в «Долине», и санаторию, потому что замечательный мастер-электрик был под рукой и днем, и ночью.
Шахнович привел в порядок записи, еще раз просмотрел их, закрыв глаза, повторил несколько раз, потом, удовлетворенный, аккуратно разорвал листки и сжег их в кухонной раковине. Выпил кофе, съел пару бутербродов – готовить он не любил. Накинул куртку и вышел из квартиры.
