Игра на одевание

Гуров протянул ему фотографии с мест обнаружения Мельниковой и Вороновой.

– Олег Петрович, выскажите мнение врача. Человек, который пробрался к вам в ту ночь, мог совершить такое?

Стаев склонился над снимками:

– Пожалуй. Очевидно, речь идет о широком спектре преступного поведения. Мы говорим о том самом Остряке? Я читал в соцсетях и, честно говоря, заинтересован кейсом Анны Миль.

– А что вас интересует в ней?

– На видео из кофейни, когда толпа ее травит, она в своем рубище вжимается в угол и сносит скелет, то действительно выглядит как безумный Лир, кричащий в бурю.

– С чем оно может быть связано? Какова, на ваш взгляд, причина? – Гуров вспомнил, как поймал оседавшую на пол Миль.

Стаев пожал плечами:

– Мало ли в душевном мире травм. Встретите ее – передайте, что может обратиться к нам. Милости просим. Добро пожаловать.

– Спасибо, – крякнул Брадвин.

– Что скажешь, Стас? – спросил Гуров, глядя на город и Волгу с Алтынной горы.

– Удушение напоминает мне только один кейс. – Было слышно, как Крячко листает записи. – Ага, вот. Помнишь здоровяка из «Охотника за разумом»? Того, который обнял следователя?

– Его прототип – Эд Кемпер, страдавший с детства от издевательств матери. Она стала одной из его жертв. Эд так боялся ее голоса, что отрезал бедолаге голову, извлек голосовые связки и выбросил в мусорку.

– Да уж. Может, этот Остряк тоже ненавидел голос матери, потому и лишил ее, скажем так, права голоса?

– А Ольга Воронова приехала посмотреть на свекровь.

– И собственную судьбу.

– Что ж она не уехала никуда за оставшиеся месяцы?

– Любовь зла. Полюбишь и Остряка.

– Вот уж правда – на острие любви.

Такси проехало мимо нового здания ТЮЗа. Зрителей, шедших на предпраздничный спектакль, встречали актеры, одетые в костюмы кукольной труппы Карабаса-Барабаса. Когда машина остановилась на перекрестке, травести в рыжем парике и костюме с бубенчиками помахал Миль.

– Клоуны! – с раздражением прошептала она. – Такое чувство, что они меня преследуют.

Фомин попытался взять ее за руку:

– Может, прогуляем мой гонорар за книгу на ноябрьские праздники? Махнем в Питер. Посмотришь в Русском своего любимого Филонова, постоишь на мостах, пройдешь вдоль Невы.

Анна осторожно убрала руку:

– Звучит отлично. Но уезжать сейчас – я так чувствую – не стоит.